Ткань наших душ

Я лучше распакую вещи и займусь обустройством.

Не пытаюсь фальшиво улыбнуться, так как, очевидно, он видит это насквозь.

Лиам пожимает плечами и уходит. Как только дверь захлопывается, я делаю глубокий вдох. Мне нужна тишина. Я уже вымоталась, а сейчас только полдень.

Сажусь на край кровати и достаю свой прибор для измерения артериального давления. Он работает на батарейках и настолько мал, что большинство людей даже не поймут, что это такое.

Надеваю его на левую руку, навожу маркер артерии на нужную точку, затягиваю манжету, а затем нажимаю кнопку «Пуск» и жду, пока в манжету нагнетается воздух. Через несколько мгновений она сдувается, и на экране высвечивается 160/120.

Я буквально ходячий сердечный приступ.

Издаю протяжный вздох и сворачиваю аппарат, засовывая его обратно в маленькую сумку, а затем прячу ее в нижний ящик тумбочки. Трудно пытаться держать под контролем состояние своего сердца. Тревога и стресс тоже не помогают.

Лекарства действуют не так хорошо, как должны. Если я слышу, как другой врач говорит: «О нет, но вы так молоды. Это так трагично», и нахмурится от жалости…

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь расслабиться. Даже мысли об этом напрягают меня, а сердце все еще колотится от встречи с Лиамом. Провожу рукой по губам, в том месте он меня поцеловал, и вздрагиваю, услышав вибрацию.

Телефон Лиама жужжит на кровати и привлекает мое внимание к его части комнаты. Я не одобряю подглядывание, но он ведет себя ужасно, и Бог знает, что он положил в капельницу прошлой ночью.

Это не обычные обстоятельства. Так что шпионство действительно на повестке дня.

Я сдвигаюсь с кровати и нависаю над его тумбочкой.

Я действительно собираюсь это сделать?"

"Его телефон снова жужжит, и на экране появляется значок сообщения. Мама. Ну, по крайней мере, он разговаривает со своей матерью. Это больше, чем я могу сказать. Моя мать умерла, а с отцом я не общаюсь, так что он тоже может быть мертв.

Решив перестраховаться, я дотягиваюсь до его ящика и открываю его. Он заполнен медицинскими принадлежностями: скотчем, мазями, марлей и лейкопластырями. Все безукоризненно организовано, словно психопат спланировал все, что ему понадобится для пыток.

За исключением принадлежностей, здесь довольно пусто. Здесь есть зарядное устройство для телефона, «Chapstick» и блокнот.

Я беру блокнот и открываю его. Он не похож на дневник, так как в него вложены все свободные страницы. Обложка черная и потрепанная. Половина записей сделана на другом языке.

Те части, что на английском, — это исследовательские заметки о растениях и насекомых, а другие — рисунки человеческой анатомии и костей.

Это абсолютно бессмысленно, но я убеждена, что это не пустяк.

Это жутко.