Ткань наших душ

Он подходит к своей тумбочке и открывает ящик, доставая оттуда медицинскую марлю и лейкопластырь. Черта с два я позволю ему снова прикоснуться к себе.

Я бросаю на него злобный взгляд.

— Конечно, у мазохиста в тумбочке есть медицинские принадлежности.

— Ты ранишь мои чувства, Уинн. — отвечает он резким, саркастическим тоном, но в его глазах появляется кокетливый огонек. Боже, неужели здесь у всех так проходит первый день? Он практически ангел во плоти с разумом демона. — Дай мне руку.

Лиам садится на край кровати и выжидательно смотрит на меня.

Я бросаю на него взгляд.

— Нет.

— Прости?

Его выражение лица застывает.

Я заставлю себя сдерживать свои эмоции так же хорошо, как это делает он.

— Я. Сказала. Нет.

Лиам смотрит на меня несколько мгновений, прежде чем протянуть руку и смягчить выражение лица.

— Прости, Уинн. Хорошо? Пожалуйста, позволь мне перевязать твою рану.

Он опускает глаза в пол, и на его нахмуренном лице появляется чувство вины.

Я колеблюсь.

Сделай это для Джеймса. Дай ему хотя бы неделю. Сделай это для Джеймса.

Я повторяю эти слова в голове, медленно вставая и садясь рядом с ним. Наши кровати так близко, что мы могли бы столкнуть их вместе и иметь размер «California king».

Позволяю ему взять меня за руку. Его прикосновение удивительно нежное — хотя пальцы ледяные.

— Ты когда-нибудь улыбаешься?

Он медленно распутывает мои бинты. Я не хочу смотреть, поэтому отвожу глаза к окну.

— Я все время улыбаюсь.

Откладывает старый окровавленный бинт в сторону и промакивает мои швы марлей.

Вздрагиваю от давления его пальцев, когда он говорит:

— Эта фальшивая улыбка не в счет. Выглядит так, будто у тебя газы или что-то в этом роде.

Мои щеки пылают.

— Извини? Нет, это не так.

Я смотрю на него, пока он наматывает новую медицинскую марлю на мое запястье.

Его игривые глаза снова находят мои. Ухмылка опьяняет.

— Конечно, ты продолжаешь говорить себе это, солнышко. Твои мертвые глаза выдают тебя.

Мои мертвые глаза… Я никогда не понимала, как можно улыбаться глазами. Как скрыть свою измученную душу? Фальшивая улыбка действует на большинство людей.

— Все готово.

Он мягко похлопывает меня по предплечью. Я опускаю рукав и встаю, собираясь без лишних слов распаковать оставшиеся вещи.

Таймер на его мобильном телефоне пикает, заставляя меня вздрогнуть. Лиам встает, стягивает с себя толстовку и бросает ее на кровать.

Его белая футболка немного задрана, и от подтянутых мышц мои щеки становятся теплыми. Я отвожу взгляд и провожу пальцами по повязке, которую он мне наложил. Все идеально, как будто он делал это тысячу раз на себе.

Лиам направляется к двери и останавливается, прежде чем повернуть ручку.

— Ты не идешь? Пора обедать.

Качаю головой и жестом показываю на свою сумку и одежду.

— Я не голодна.