Ткань наших душ

Лэнстон смотрит на нее и качает головой.

— Я на минутку, — говорю я, медленно пробираясь к стеклянной ограде.

Лэнстон и детектив продолжают подниматься по склону. Не то, чтобы я верила, что Лиам будет там. Я просто хочу иметь что-то… последнее воспоминание об этом месте, кроме пожара.

Я быстро пробираюсь через теплицу, ненадолго останавливаясь перед дверью в глубине, прежде чем открыть ее.

Я ничего не нахожу. Это та же ужасная, окровавленная комната, что и тогда, когда я пришла сюда впервые. Осмотр маленького пространства занимает всего минуту, а потом я медленно закрываю дверь и выхожу обратно на улицу.

Детектив бросает на нас серьезный взгляд, прежде чем мы возвращаемся к машине Лэнстона. Он подает нам отчет и опускает голову.

Лишь двое выжили после трагического пожара в «Святилище Харлоу» — Роман Беар и Сидни Лоусен.

Было найдено более пятидесяти шести тел, включая персонал и пациентов.

Полиция все еще разыскивает поджигателя.

Мы молчим. Без слез. Без криков.

Ничего.

Я никогда не хотела умереть больше, чем сейчас.

Лиам. Мне очень жаль.

Роман Беар, ночной охранник, и Сидни Лоусен, одна из пациенток. Это все.

Мы выходим, когда солнце начинает садиться, молчаливые и уставшие. Нам обоим не хочется возвращаться в арендованную квартиру, поэтому мы останавливаемся в кафе, чтобы выпить кофе и, возможно, поужинать, если сможем это выдержать.

Кросби появился на день раньше. И этот день забрал у нас все.

— Нас всегда должно было быть трое, — говорю я.

Лэнстон паркует машину и смотрит на меня потемневшими глазами.

— Я знаю. — Это единственное, что он говорит, прежде чем выключить двигатель. — Я знаю.

XLI

Лиам

Что-то острое пронзает мое бедро.

Мои глаза открываются, страх и адреналин мгновенно вспыхивают в крови."

"Я не могу пошевелить ни руками, ни ногами — я связан? Где я, черт возьми, нахожусь?

— Наконец-то. Я думал, что мне придется убить твоих друзей без твоего ведома.

Мой позвоночник выпрямляется, и каждый волосок на шее становится дыбом.

— Кросби? Где мы?

Он медленно развязывает повязку. Свет режет глаза, и я вздрагиваю от боли, прежде чем он появляется в поле зрения.

Голова кружится, конечности болят.

Я никогда не видел своего брата таким растрепанным. Он выглядит хуже, чем когда-либо прежде. Его темно-каштановые волосы взъерошены, а светло-голубые глаза в тусклом свете кажутся почти серебристыми. Что он натворил?

— Кросби, что ты делаешь?

Я дергаю свои путы, но это бесполезно. Он связал меня, как животное, ожидающее убоя.

Он откидывает голову назад и стонет, как будто раздражённый.

— Я только что сказал тебе. Ты что, не слушаешь? Я убью твоих друзей. Поскольку они волшебным образом не оказались в «Харлоу», как я ожидал.

Он замолкает и опускает голову, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.