Тёмное сердце ректора Гордеева

Я, превратившаяся вдруг в камень, Демьян, понявший, что меня не оттащить без моей на то воли… и Нежить, прекратившая выть и повернувшая ко мне свою верхнюю половину.

– Тебе… нужна моя… помощь? – мой голос на после оглушительного вытья звучал так слабо, что удивительно, что его вообще услышали.

Медленно, словно боясь, что я передумаю, Нежить потянула ко мне руки-плети.

– Не вздумай… – Демьян за моей спиной придвинулся, обнял меня за плечи в защитном жесте. – Это ловушка, поверь мне… Не вздумай ее касаться.

Его голос звенел тревогой – за меня, за себя, за все то, что могло ожидать нас впереди – годы счастливой, пусть и не очень долгой жизни… ораву усыновленных, а может и своих детей…

– Прости, – заранее извинилась я за непослушание. На мгновение закрыла глаза, вдохнула, выдохнула и сделала именно то, что он мне запрещал – протянула руку и позволила клубящемуся туману выкинуть одну из плетей вперед. И «проглотить» мою кисть – всю до самого запястья.

Торжествующий, звонкий и оглушительный вопль пронзил небо.

Сердце тьмы раскололось, рассыпалось горящими угольками… И на свободу вырвался свет. Точнее, светлое, почти светящееся человеческое тело – женское.

– Мариэтта! – выдохнула я, вырываясь из рук Демьяна и бросаясь к женщине – задыхающейся, дрожащей, плачущей навзрыд. Срывающей с себя последние клочья темного тумана.

– Спасибо… спасибо, моя деточка… – рыдала несчастная магесса.

Та самая, которую все в Сокрытом мире считали глупым, детским мифом.

– Это ты отравила ее.

Жесткий, звенящий от гнева голос Демьяна прервал бесконечную литанию рыданий и причитаний. Закутанная в бабкино одеяло, заплаканная женщина подняла глаза от кружки с ромашковым чаем, который я ей заварила, не спросив никого разрешения.  

Взгляд ее на мгновение заметался, словно она искала пути соврать или придумать себе оправдание. Потом женщина вздохнула и отдала мне чашку.

– Это был мой единственный выход. Столетия я искала хоть какую-то возможность связаться с этим миром, рассказать всем, что по неосторожности заточила себя в тюрьму, из которой могла появляться только в виде бесплотного духа… но мое проклятье было слишком сильно. Все мои умения, все, чего я добилась, работало только внутри пространства, которое я однажды создала, пытаясь обезопаситься от преследователей… Увы, я сделала его настолько прочным, что уже сама не смогла выйти оттуда во плоти.   

– То есть… нежить – это был ваш С.О.С.? – догадалась я. – Вы высылали ее для того, чтобы дать о себе знать? Позвать на помощь?

Женщина кивнула и уставилась перед собой, бездумно теребя костяшки пальцев.

– Я делала это сотни раз.