Тёмное сердце ректора Гордеева

– Немедленно отпусти ее! Она ведь мне почти мать! Или бабушка… или кто там по родству получается…

Мариэтта как могла закивала и захрипела, поддакивая. Однако Демьяна это не впечатлило.

– То есть то, что я тебя невестой только что назвал, тебя не впечатлило, а за почти-мать ты готова простить все свои страдания? У тебя, между прочим, и родная мать есть. Зачем тебе еще одна?

Отпустив наконец Мариэтту, Демьян перевел на меня уже вполне безопасный, хоть и озлобленный взгляд.

И тут до меня дошло. Я сглотнула тяжело и отступила на шаг назад.

– Невестой? Ты что… делаешь мне предложение? Вот так просто?

– Что, не романтично? С романтикой потом повторим, – Демьян сухо поджал губы. – А пока да, я просто зову тебя замуж. Делаю тебе предложение. Чтобы было ради чего отказываться от… другого предложения, которое, как я понимаю, сейчас незамедлительно последует.

Уже ничего не понимая, я перевела взгляд с Демьяна на Мариэтту. Та смотрела на меня исподлобья, кутаясь в свое одеяло.

– Догадливый он у тебя. И сильный – я и не ожидала такого… – она потрогала горло и болезненно поморщилась. – И все же мое предложение лучше, чем его, дитя.

Вытерев тыльной стороной руки слезы со щеки, она тряханула светлой головой и вдруг встала, роняя одеяло на пол. На мгновение я зажмурилась – совершенно не было никакого желания созерцать обнаженное тело своей почти-матери.

Но каким-то образом оказалось, что Мариэтта уже в одежде – в длинном, в пол, бордовом платье из парчи, раздвоенное спереди, чтобы был виден подъюбник – ни менее роскошный, из какой-то переливчатой, золотой ткани. Моя челюсть отвисла – так вот что означает магесса!

Мариэтта удовлетворенно улыбнулась, складывая руки на груди – затянутые в перчатки в цвет платья. Прическа ее тоже невероятным образом преобразилась – взбилась, как на портрете, и сама перевязалась расшитой драгоценностями лентой-диадемой.

Я физически почувствовала, как сильно напрягся рядом Демьян – причем, похоже, он собирался обратиться без моей помощи. Глаза его пожелтели, когти загрубели, лицо заострилось... Схватив за плечи, он буквально забросил меня к себе за спину.

– Я не отдам ее, – зашипел злобно. Воздух вокруг накалился электричеством, готовый взорваться.

– А я тебя не спрашиваю! – обходя его, магесса сама меняла форму, становясь выше и темнея кожей. В руках обоих уже искрилась магия.

– Придется спросить, дорогая магесса, потому что она привязана ко мне такими прочными узами, что разорвать их может только смерть!

– Вот я и устрою смерть – твою!

Я наконец-то пришла в себя и выбежала из-за спины Демьяна.

– Немедленно прекратите оба! – звонко закричала, сжимая кулаки.

Тяжело дыша, оба замолчали и уставились на меня – словно не могли понять, с какой это стати яблоко раздора чего-то там вякает.