Тёмное сердце ректора Гордеева

– Я забыла совсем… Сколько там накапало процентов? Я сегодня попробую сделать перевод. Ты только счет дай свой, а то я не знаю, куда…

– Богатого папика нашла, да? – полуспросила, полузаключила она, цепко и со знанием дела оглядев мои новые шмотки. – Теперь небось и не деньги для тебя мои сто тысяч?

Мои глаза слегка округлились. Нифига себе у нее накапало! Но виду я не подала – хоть и не была уверена, что смогу выпросить у Демьяна такую крупную сумму, без объяснения куда собралась ее тратить. Мгновенно овладев собой, поморщилась.

– Господи, дались тебе эти деньги… У тебя же их тоже видимо невидимо… Чего ты ко мне прицепилась, Буркова, а? Вот что я тебе сделала? Лично тебе?

– Лично мне? Лишила меня развлечения. Мне скучно, Никитина, понимаешь? Всегда скучно. А такие дуры как ты делают мой день веселее. Посмотрю, как вы корчитесь, пытаясь соответствовать, строя из себя крутую столичную стерву, и понимаю – ради того, чтобы быть крутой телкой, вы ж на все готовы… Вас на любой кипеж развести можно, на любую херню… Вот тут ты меня и обломала, Никитина. Не сделала ты для меня кипижа, не подарила мне несколько часов веселого и счастливого ржача над собой. А за мою скуку надо платить.

Элька вцепилась мне в руку, глазами показывая на развалившегося в полуобороте к нам амбала – того самого, который чуть не зашел за Бурковой в женский туалет в кафе.

– Правильно, поняла, – проследив за ее взглядом, заметила Буркова. – Потому что деньгами платить уже поздно – воскресенье, однако. А уговор был – до субботы.

Я нахмурилась. Вот только преследующих меня идиотов со спермотоксикозом мне и не хватало для полного счастья.

– И что он мне сделает?

Буркова пожала плечами.

– Не знаю… А моего Ростика крыша давно едет – иди знай, что ему придет в голову темной ноченькой. Просто имей в виду, что я ему на тебя дала зеленый свет. А других законов, кроме моего, для него нет и никогда не было, – она развернулась, подкинула на плече сумку и пошла прочь, бросив на нас один последний, равнодушный взгляд. – Пока, Никитина. Надеюсь, хоть в больничку Ростик тебя не отправит, пожалеет...  

Признаться, мурашки страха у меня от этих дурацких угроз всё же побежали. Я попыталась успокоить себя, заверить в том, что рядом с Демьяном и такими вот охранниками со мной в принципе ничего не может произойти. Но потом поняла, что вполне может – в туалеты ведь они за мной не ходят, а с этого «Ростика» станется...

– Расскажи Демьян Олегычу! – совершенно логично предложила Элька. – Пожалуйся ему, и всех дел! Если ты мне не наврала о том, кто он на самом деле, он его в порошок сотрет.

– Ага, и меня вместе с ним.

Подруга не понимающе нахмурилась.

– А как я ему объясню свой долг Бурковой? Там же и про поцелуй придется рассказать.

– Оу… – Элька медленно села на скамью.