Тени прошлого. Восставшие

И в селении разместить даже наш, состоящий из двенадцати воинов отряд сложно, в домах большие семьи, отдельных зданий нет. Да и тревожить население не надо. Отряд вполне сможет провести ночь в ущелье.

– Тогда, братья, занимайтесь, кроме охраны табуна, выставите один пост наблюдения на вершине. На всякий случай.

– Хоп! – ответил Назари.

Он являлся командиром первой штурмовой группы и неформальным заместителем Арезу, имея авторитет и влияние в банде.

Так что главарь, оставляя отряд в ущелье, не беспокоился о нем. Назари сделает все как надо.

Арезу и связист проехали к дозорному, который, остановившись, сидел возле куста перед спуском к кишлаку. Отсюда был виден весь Тахарак.

– Все спокойно, саиб. Селение отходит ко сну.

– Посторонних не замечено?

– Я не могу знать, кто здесь свой, а кто чужой, но мужчины разошлись по домам, женщины еще кое-где моют казаны, подметают дворы. Спокойно.

– Понятно. Мы с Бахижем спустимся вниз, пойдем в третий от улицы в первой линии дом. Видишь, он отличается свои дувалом?

– Как только Бахиж подаст тебе сигнал, что у нас все нормально, уходи к отряду, он зайдет в ответвление на площадку.

– Если что, предупреди!

– Ты же у нас прекрасно копируешь вой раненого шакала?!

– Да, я понял. Значит, вой раненого шакала.

– Ну, а если серьезная угроза, то стрелой вверх. Это будет сигналом для всех.

Арезу похлопал дозорного по плечу, кивнул связисту:

Они спустились к селению, прошли улочкой до дома Арана Ганара. Их ждали. Калитка была открыта. Бандиты вошли во двор. От дома вышел афганец:

– Салам аллейкум, дорогой брат, – протянул он руки к Арезу.

Арезу и Ганар обнялись.

– Как твои дела, Аран?!

– О! Произошло многое, пройдем в дом, ты устал, там отдохнешь, поужинаешь, там и поговорим.

Аран пожал руку и связисту:

– И ты, воин, заходи. Мой дом – это ваш дом.

Душманы и хозяин, оставив обувь у входа, зашли в большую комнату, устланную кошмой. Обстановка – обычная для афганского жилища. Свет исходил от глиняной лампы, заправленной маслом. Впрочем, фонарь горел ярко, и в комнате было светло. Через открытые окна проникала вечерняя прохлада. Арезу, Ганар и связист прошли на кошму, облокотившись на заранее брошенные в центр подушки. Хозяин дома крикнул:

В комнате возникла женщина в черном одеянии. Лицо наполовину закрыто.

– Принеси чаю, согрей плов. В общем, приготовь для гостей ужин, а также постели в гостевой комнате.

Женщина поклонилась и, пятясь, вышла из комнаты.

– Как поживаешь, брат? – спросил Арезу. – И расскажи, что такого тут произошло.

Заглянул в комнату и мальчик лет восьми.

– Салам, дядя Вазир.

– О! Матик! Племянник ты мой дорогой. Салам, салам, иди-ка к дяде, он подарок тебе привез.

Мальчишка посмотрел на отца.

Арезу обнял его, усадил рядом.