Тени прошлого. Восставшие

Командир взвода докладывает результаты разведки, командир экипажа передает их мне. По результатам – дальнейшие действия. Если противник будет обнаружен, то вам, Семен Андреевич, – начальник штаба взглянул на командира эскадрильи, – надо будет тремя «вертушками» бросить в район Тахарака штурмовую роту. Время и место высадки определится дополнительно. А также я вызову пару «Ми-24».

Подполковник кивнул:

– Машины будут готовы.

– Далее. Если информация афганцев не подтвердится, то разведвзводу отойти от кишлака на пять километров на запад, подняться на плато, экипажу капитана Фролова забрать разведку и доставить ее на базу.

Разведчик и капитан Фролов ответили:

Начальник штаба повернулся к командиру полка:

– У меня все, Александр Сергеевич.

– Хорошо. Вопросы, товарищи офицеры?

– У меня несколько вопросов.

– Нет, ответил комэск.

– Ну тогда вы свободны, старшему лейтенанту Павлову остаться!

Командир эскадрильи и капитан Фролов прошли в кабинет Елагина. Там уже находились офицеры, обслуживающие полеты, а также начальник секретной части, выдающий карты.

Елагин уточнил задачу в плане действий экипажа в случае невозможности произвести посадку непосредственно у Астара:

– Далее, в двух километрах, ущелье на значительном участке расширяется еще больше, и там площадку найти проще. В общем, пройдете над Астарой и сами определитесь, садиться или выбрасывать десант по-штурмовому.

Информация о наличии по маршруту препятствий (труб, ЛЭП, вышек), высотных зданий, координаты позиций средств ПВО противника и местонахождение запасных аэродромов была, естественно, пропущена, ввиду отсутствия таковых. Расчет полетного веса также не производился, как и запаса топлива. Все было ясно и без расчетов.

Выступили специалисты.

Дежурный метеоролог, как и всегда, доложил фактическую погоду, дежурный штурман назвал кодовые позывные, связист – рабочие частоты и номера каналов системы «свой – чужой», в чем также не было никакой необходимости.

Начальник разведки и старший инженер на инструктаже не присутствовали.

Командир части объявил, что сам будет осуществлять руководство полетом, и подтвердил время вылета.

Командир «Ми-8» и штурман, получив личное оружие – ПМ, пошли на летное поле.

Там обычная процедура. Доклад борттехника, журнал, дополнительный осмотр.

Подошел разведвзвод. Посадкой занялся прапорщик Бобров. Десантники разместились на скамейках, экипаж прошел в кабину.

Подкатили аэродромный источник питания. Запустили двигатели. Борттехник поднял трап, закрыл дверь и устроился на своем месте.

Истомин зачитал карту.

Фролов включил радиостанцию и вызвал руководителя полетов:

– Береста! Тридцать Третьему запуск!

– Тридцать Третьему, метеоусловия без изменения, запуск разрешаю.