Я тебя заберу

— В первый раз?

Я, словно вернувшись в прошлое, снова вижу ее. Худенькую блондинку в смешной пижаме, явившуюся среди ночи по мою душу.

— Да, это было после твоей встречи с... друзьями.

Последнее слово дается Лизе непросто. Чувствую это по интонации и по тому, как напрягается тело."

"— С партнерами по сексу, — произношу четко, как занудный учитель.

— Я так злилась. Уснуть не могла. А потом ты приехал... и захотелось посмотреть в глаза. Понять, как это — вначале целоваться со мной, а после уехать заниматься сексом с другими.

— Помню. Ты была очень настойчивой. Я гнал, но ты не уходила.

— И тогда ты стал ласкать себя...

Тонкие пальчики стекают на член и обхватывают его так же туго, как было туго в моей девочке, когда брал ее впервые.

Странные выверты мозга. Столько лет прошло, до хрена чего случилось, а это я не забыл.

— Меня впечатлило, — хмыкает Лиза.

— Я надеялся испугать. Ты была такой чистой, правильной.

Ее рука начинает двигаться. Скользит по стволу, будто изучает каждую вену и каждый миллиметр. Гладит головку... Медленно. Идеально. Так, что я хватаю ртом воздух и расставляю ноги пошире.

— А потом ты заигрался. — Вторая рука чертит острые линии вниз и обхватывает мошонку.

— Я извращенец. Можешь списать на это.

Вздрагиваю всем телом, чувствуя, что ладони теперь работают синхронно. Трогают, подкручивают. Вышибая из меня глухие хрипы, оттягивают кожу в разные стороны. И плавно движутся назад.

— Как это после других? Натрахаться вволю и потом мастурбировать перед глупой девчонкой. Особый кайф?

— Хочешь узнать, что было в тот вечер? — Всматриваюсь в наше отражение на плитке.

— Без подробностей. — Лиза прячет лицо за моим плечом.

— Без подробностей будет скучно.

Член уже дымится от мучительной ласки. Требует большего. А по лицу, будто голове пофиг, разъезжается дебильная улыбка.

— Шаталов! — Лиза резко убирает руки и бьет по спине.

Всего на секунду она отпускает меня, но этого хватает, чтобы развернуться и подхватить разъяренную ведьмочку под ягодицы.

— Ты же не поверишь, маленькая...

Медленно опускаю ее на себя. Раздвигаю членом нежные складочки. Растягиваю тесную плоть. Двигаюсь так глубоко, как позволит.

— А ты хоть раз попробуй сказать правду! До конца! — с глухим стоном срывается с алых губ.

— Правда не такая интересная, как ты себе придумала! — Двинув бедрами назад, вновь вколачиваюсь на всю длину.

— Их было не двое, а больше?

Лиза без жалости полосует мне спину. Чертит ногтями кровавые пентаграммы, будто мстит за себя прошлую.

— Почти угадала. — Врезаюсь еще раз.

— Трое? — Сдавливает внутренними мышцами.

— Ни одной!

Прижав ее спиной к стене, начинаю двигаться быстрее. Насаживаю Лизу на себя, как долбаный ботаник редкую бабочку... На штырь. Еще живой.