Танкист из штрафбата

За ним в маленьком дворике прятались обезумевшие от ужаса жильцы: старуха в телогрейке, повязанная платком, маленький мальчуган и русоволосый паренек лет шестнадцати.

– Вперед, Клаус, чего застыл? – Потеря времени грозила Зиммелю потерей 150 марок.

Лишь на мгновение оцепенение этих людей передалось механику-водителю. Он включил передачу, «тигр» пополз, потом рванул быстрее. Парнишка пытался оторвать брата от пожилой женщины, дергая что есть силы за руку. Но, видно, так судорожно сжали бабушка и внук свои руки, что разъединить их смогла только смерть. Они исчезли под днищем танка. Старший брат едва успел отскочить в сторону и пустился без оглядки в сторону обрыва.

Зиммель увидел, что у Христиана тоже все идет по плану: фугасом разворотил вторую избу.

Третий домик, маленький, как скворечник, они разнесли буквально в щепки, даже от печки ничего не осталось. Хозяйка, древняя старушка, в старом тряпье, уцелела просто чудом. Она сидела, сгорбившись, на скамеечке под раскидистой грушей и, покачивая головой, смотрела в никуда. Наверное, она не понимала, что происходит. Клаус направил «тигр» к ней, с намерением сровнять с землей зажившуюся старуху, но Зиммель вмешался:

– Не теряй времени, Клаус! Оставим ее на расплод.

Механик расхохотался:

– Хорошая идея, командир!

…Эта Большая Драгунская – явно без признаков обороны. Но расслабляться нельзя. Русские могут устроить засаду в любом из домов. Расстрел из пушек идет планомерно, с истинно немецкой педантичностью.

Впереди – яблоневый сад. Ветер колышет ветви, свисающие алого цвета яблоки едва раскачиваются. «Тигр» проходит через плетень, как через сотканную паутинку. «Жаль деревья», – подумал Зиммель, когда Клаус пошел напрямую к избе, скрытой в уютном палисаднике. Короткой остановки, слаженности экипажу не занимать, достаточно, чтобы послать фугасный прямо в окно. Все повторилось: уничтожение, убийство жилища, всей утвари, фотографий на стене, шкафа с вещами – жилого духа… В адском пламени всесокрушающего взрыва ничто живое не выживало…

– Ты суперснайпер, Бруно! Клаус, вперед!

И тут как из-под земли выросли старушка, мальчик лет пяти и русая девушка. Они прятались за деревьями в своем саду. Конечно, они уже увидели, во что превратились дома их соседей. Теперь пожирающий молох пришел к ним, за новыми жертвами.

«Какая жалость, – подумал Зиммель, – эти деревья и кусты их не спасут. Потому что наш Санта-Клаус вошел в раж, и есть приказ: сравнять с землей село с военным названием».

Кажется, Клаус решил дать этим людям фору. Он притормаживает, переходит на низшую передачу. Старушка бежит что есть сил, она спотыкается и падает, к ней бросается девчонка, помогает поняться, она что-то кричит мальчишке, показывая рукой в сторону.