Танкист из штрафбата

Боевая задача выполнена. Израсходовано по две трети боекомплекта осколочно-фугасных снарядов.

Капитан Иоганн фон Кестлин с удовлетворением выслушал доклад. Его «тигр» стоял у развилки на боковую улицу, капитан наблюдал, как добивали четыре или пять домов бравые танкисты роты обер-лейтенанта Мартина Шварцкопфа. Собственно говоря, на этом операцию по зачистке села можно было считать законченной.

Бруно вылез из танка, уселся на броню.

– Как удивительно быстро горят эти дома, – заметил он.

– Ничего удивительного, – ответил Вильгельм. – Хорошо высушенная древесина, соломенная крыша и попутный ветер… Туземцам не нужно основательное жилье. Они временные на этих землях и в этих хижинах.

– Все мы временные на этой земле, – усмехнулся Бруно.

– Какое величественное зрелище! – без особых эмоций произнес Зиммель.

– Так, наверное, восторгался и Нерон, – ехидно произнес Бруно.

Зиммель спрыгнул с танка, чтобы размять ноги, сделал несколько приседаний, вытянув вперед руки. Подумал, стоит ли говорить, и не удержался:

– Командир батальона на совещании офицеров сказал, что скоро в нашу роту поступят несколько «Королевских тигров» – Panzerkampfwagen VI Ausf. И это прекрасно, с новыми «тиграми» мы должны суметь вернуться к Москве.

Бруно, оставаясь на броне, продолжил тему в историческом ракурсе:

– И, как Наполеон, подожжем ее со всех сторон.

– Да, это будет фантастическая картина! – усмехнулся Вильгельм.

– Только бы не повторить судьбу его армии…

Уж не осталось ни единой избы, не объятой пламенем. В начале деревни они превратились в пылающие остовы; в средине их апокалипсического похода пожарище залило деревянные стены домов ярко-оранжевой лавой огня. А там, где участь сожжения была в числе последних, в зияющих проемах окон и дверей с гулом, треском и воем рвалось наружу адское пламя. Пройдет несколько часов, и все выгорит дотла, останутся лишь основания разрушенных снарядами печей.

И еще долго над Большой Драгунской будет нависать черное смрадное облако, и ветры будут обходить обугленную с удушливо-горьким запахом землю. Потом этот дым нависнет и растворится над городом Кромы, уже пережившим не одну бомбежку. И он будет предвестником ожесточенной танковой схватки на его подступах, где за два дня батальон потеряет четыре «тигра», но и сам сожжет семь советских танков.

За эти бои капитан Иоганн фон Кестлин будет награжден «Рыцарским крестом с Дубовыми листьями», а лейтенант Вильгельм Зиммель Железным крестом 2-го класса. Каждый из них будет принимать поздравления, а потом накоротке отметит это событие в своем по рангу кругу.

В обороне танкисты не засиделись. Вечером всех офицеров вызвали к комбату для получения задачи. Родин вернулся с совещания сосредоточенный и хмурый.