Троянская тайна

На что он, собственно, надеялся? Что о подмене никто не узнает? Не мог он на это надеяться, потому что всю жизнь проработал в галерее реставратором и лучше кого бы то ни было знал, что рано или поздно подмену обнаружат. Может, думал, что, когда уйдет на пенсию, о нем не вспомнят, не найдут? Ну и кто он после этого? Да что там!.. Все они, сколько их есть, подписавшись на это дело, сами себя приговорили. Меня удивляет только, что они дожили до сего дня, а не были перебиты сразу же, как только закончили работу. Людей убивают и за меньшее, да и тайна, о которой знают больше двух человек, уже не тайна. Вот я и говорю: просто редкостные болваны...

Закончив осмотр спальни, он заглянул на кухню, где на полу рядом с заставленным грязной посудой столом все еще виднелся обведенный мелом контур тела. Ирину передернуло, когда она увидела этот контур и темные засохшие пятна на кафельных плитках пола, и она пожалела, что пришла сюда. Сидела бы дома, читала или просто размышляла... Диссертацию бы писала, в конце концов! Все равно пользы от нее здесь никакой, только под ногами путается...

Сиверов зачем-то взял со стола лежавшую там трубку беспроводного радиотелефона и немного поиграл кнопками.

– Хорошая штука – литиевый аккумулятор, – сообщил он Ирине, вглядываясь в зеленоватый экранчик дисплея. – Еще жив, хотя и дышит на ладан... Любопытная история!

– Какая еще история? – сдавленным голосом спросила Ирина.

Глеб оторвал глаза от дисплея и бросил на нее быстрый внимательный взгляд.

– Елки-палки, – сказал он, – совсем забыл! Пойдемте, пойдемте отсюда. В комнате поговорим, а тут смотреть больше не на что.

Он проводил Ирину в богато обставленную гостиную и усадил на диван возле большого окна. Телефонная трубка все еще была у него в руке, и, удостоверившись, что Ирина не упадет в обморок, он снова принялся играть кнопками.

– История очень любопытная, – повторил он. – Кто-то полностью очистил память аппарата, вернул все записи к исходным значениям. Видите, на табло январь двухтысячного года. В записной книжке пусто, список набранных номеров пуст, а в списке входящих звонков значится всего один номер. Видите, кто-то позвонил Макарову почти через неделю после его смерти...

Ирине все это было неинтересно. Она боролась с тошнотой, прогоняла и никак не могла прогнать видение мелового контура скорченного человеческого тела и темных пятен засохшей крови на светло-сером, шероховатом, под камень, плиточном полу. При чем тут какой-то телефон, списки какие-то?..

– Память телефона невозможно очистить случайным нажатием кнопки, для этого требуется предпринять целый ряд осмысленных действий, – терпеливо объяснил Глеб. – Значит, это было сделано намеренно, с целью уничтожить хранившиеся там записи.