Рабыня страсти

— Госпожа Валлада поселила меня здесь потому, что я попросила выделить мне отдельные покои, мой господин, но она выбрала этот укромный уголок, это, по ее мнению, захолустье, чтобы наказать меня за высокомерие. И тем не менее мне здесь нравится. Тут тихо, и нелегко шпионить за мною… Если же ты повелишь мне переселиться в какие-нибудь роскошные покои в самом сердце гарема, ни у меня, ни у тебя не будет покоя, мой господин. Всякий раз, когда из твоей груди вырвется крик наслаждения, любопытные ушки услышат это, начнутся нескончаемые сплетни… Если же однажды ночью из покоев моих донесется хотя бы на один сладостный крик меньше, тотчас же заговорят о том, что я впадаю в немилость владыки. Нет, мой господин. Я предпочту эти уютные комнатки любым самым роскошным апартаментам.

Рассудительность девушки удивила калифа. Она стала его собственностью всего несколько часов тому назад, но успела уже тщательно взвесить и проанализировать все!

— Ты очень умна, — сказал он. — Что ж, оставайся здесь. Вскоре у тебя будет личный садовник.

Склонившись, она благодарно поцеловала его:

— У меня не будет времени налаживать отношения с обитательницами гарема, мой господин. Я здесь, чтобы ублаготворять тебя. И должна всецело этому отдаваться, а не отвлекаться на завистливых глупышек и их козни!

Абд-аль-Рахман оглушительно расхохотался, смех его разнесся далеко за пределы апартаментов Зейнаб. Те из женщин, кто еще не уснул в этот поздний час, многозначительно переглянулись и закивали с умным видом. Они были бы оскорблены до глубины души, если бы узнали причину веселья владыки…

Утром весь гарем уже знал, что калиф провел всю ночь с новенькой. Ранние пташки успели увидеть, как он покидал ее покои, и быстренько растрезвонили об этом. При этом калиф выглядел таким, каким его многие годы никто не видел. Впрочем, не многие годы, а никогда! Калиф выглядел счастливым. Упругая молодая походка, улыбка на губах… Он посвистывал!

Когда же Зейнаб и Ома появились поздним утром в бане, сопровождаемые принаряженным Наджой, наложницы разом перешли на шепот. На Зейнаб устремлены были тысячи жадных глаз. Она же с гордостью прошла меж оцепеневших кумушек, улыбаясь Обане, подобострастно кинувшейся навстречу новой фаворитке. Всем уже было известно, что калиф преподнес новой наложнице отборные меха и драгоценности — из тех, что прислал Донал Рай. О таком щедром подарке после первой же ночи в гареме не слыхивали… Женщины были потрясены.

— Доброе утро, госпожа Захра. — смело приветствовала Зейнаб любимую жену калифа.

— Доброго утра и тебе, госпожа Зейнаб, — отвечала женщина. — Насколько я понимаю, калиф весьма к тебе благосклонен?

— Мне на редкость посчастливилось, — скромно ответствовала Зейнаб.