Законы стаи

Баронетта дель Корро, – не менее твердо ответил старик.

-- Отлично. Тогда еще вопрос. Где мне заполучить такую татуировку? И нужно ли ставить ее Мари?

Старик внимательно посмотрел на Оскара и ответил:

-- Тебе она необходима. А жене – без разницы. Кто ставит, кто нет. Обычно, – ухмыльнулся он, – на таком настаивают при неравных браках. Ну, если купчиху богатую замуж высокородный берет. А вот получить родовую печать даже и тебе не так-то и просто. Не слишком уверен, что возможно будет.

Оскар вопросительно смотрел и молчал, так что старый барон нехотя пояснил:

-- Родовое клеймо хранится в семье. Если семья не оставляет наследника мужского пола, то клеймо переходит в королевский архив.

-- А дальше что? – вмешалась я. – Ну, их уничтожают или что с ними делают?

-- Дальше, -- вздохнул барон, – их хранят до тех пор, пока король не дарует этот герб и фамилию кому-либо.

-- Ага… -- Оскар задумчиво потер висок и спросил: -- Ваше, точнее, уже наше клеймо может быть передано другой семье?

-- Не знаю, – барон насупился. – По закону его должны хранить в неприкосновенности девятнадцать лет и две недели. Именно столько правил первый король, традиция такая. Иногда незначительные клейма могут лежать чуть не столетие – слышал я о таком. Как с моим… -- он тут же поправился, – с нашим, я не знаю. Так что все не так просто…

-- Ладно, разберемся. Будем решать проблемы по мере их поступления.

ОСКАР

Плавание давалось не так уж просто. А после моего официального усыновления бароном некоторые вещи стали на порядок сложнее.

До этого момента проблема статуса для меня, выросшего в другом мире, казалась всего лишь некоторой условностью. Есть дворянство – легче будет развернуть бизнес и жить спокойно. Нет – будет сложнее, но не смертельно.

Сейчас у меня появилась возможность понять, что все не совсем так. Изменилось отношение людей к нам. Раньше матросы считали нас просто пассажирами не из самых богатых, приветливо кивали, не отказывали в ответах на вопросы. Старик Клайв даже немного показал мне, как правильно оценить дерево и резать. Не то, чтобы серьезно учил, но в советах не отказывал.

Ладно бы матросы – простые, малообразованные люди, это хоть понять можно. Изменилось отношение капитана Маруса. Он стал неприятно почтителен. К нам в качестве обслуги прикрепили одного из матросов, молодого мальчишку лет семнадцати. В его обязанности входило приносить нам еду, мыть в каютах полы и выполнять наши поручения.

Я видел, как корежит Мари, когда тинка Эльга, жена капитана, с улыбкой зазывала ее попить чаю и пыталась быстрыми вопросами выяснить, почему мы так долго хранили инкогнито, где находятся родовые земли, какая у нас была свадьба и как назовем наследника.

И это была не обычная дамская болтовня.