Спасти своего врага

Но почему он захотел вернуться в мои покои? Разве здесь ему лучше? Я думала, он будет рад возможности как можно реже видеть свою хозяйку.

— Чем тебе плохо в гаремнике?

— Тем, что я не постельный раб и мне там не место.

Сказав это, Альв с неловким видом коснулся черной метки на шее. Растирая ее ладонью, он добавил с пылом:

— Знаю, ты меня, мягко говоря, недолюбливаешь, но обещаю быть тихим и незаметным. Клянусь! Я тебя не побеспокою. Ты вообще забудешь о моем присутствии. Я просто сяду где-нибудь в уголочке и не стану отсвечивать.

Даже так? С каждой минутой этого разговора мой эльфийский пленник удивлял меня все больше.

— В гаремнике я много думал и понял, что ты не собираешься мне мстить. И я, судя по всему, не особо интересен тебе как мужчина. Получается…

Он вскинул брови и приоткрыл рот, как человек, настигнутый озарением.

— …ты и правда спасла меня из… жалости.

На последнем слове он скривился, как от кислого лимона.

— А я тебе об этом уже говорила.

Альв продолжал разглядывать свои ноги. На его щеках играл неровный румянец.

— Так что? Могу я остаться?

Я собралась отказать ему. Сплавить ненужного, слишком проблемного раба в гаремник казалось мне отличной идеей. Его обещаниям вести себя хорошо и не отсвечивать я не верила. Это сейчас он готов поклясться в чем угодно, но уже через пару дней забудет о своих словах. Просто не сможет удержать в узде свой скверный характер.

Итак, я хотела сказать Альву «нет», но вдруг подумала: а что, если Мойра ошиблась и мы осудили невиновного? Бедняга и без того натерпелся. В моих силах хотя бы немного облегчить его участь. От меня не убудет, если я позволю ему пожить в своей комнате.

Покусав губы, я неохотно протянула:

— Ла-а-адно. Оставайся.

И заметила, как расслабились плечи моего собеседника.

Пытаясь выполнить свое обещание и казаться тихим, эльф отошел к софе в углу комнаты и чинно устроился на самом ее краешке.

Разговор был окончен. Меня ждали повседневные заботы. Например, до вечера я собиралась зарядить несколько артефактов. Один — бытовой и два — боевых. Мой дар позволял превращать мелкие речные камешки в магические бомбы, и последние недели, по приказу отца, я занималась тем, что пополняла запасы нашего оружия. Теперь я буду вынуждена делать это в присутствии постороннего.

Я покосилась на эльфа и решила просто не обращать на него внимания, воспринимать как мебель, как часть окружающей обстановки. Не получилось. Альв, хотя и молчал, не сводил с меня глаз. Ему было скучно просто сидеть на софе, и он развлекал себя тем, что следил за каждым моим движением. Это бесило. Под его пристальным взглядом артефакты валились из моих рук, я забывала слова заклинаний, не могла сосредоточиться на своих мыслях, а когда шла по комнате, спотыкалась на ровном месте.