Совершенство

Принимаюсь за йогу, выполняя несколько простых асан.

Море с утра спокойное. Утренний бриз не качает волны на его гладкой поверхности и прибой не шумит, как обычно, а шепчет что-то еле-слышимое. Чайки с криками режут поверхность голубого неба, выискивая что-то съестное. Идеальная атмосфера для йоги, позволяющая растянуть мышцы, погрузиться в себя, ощутить состояние внутренней гармонии с окружающим миром. Дышать полной грудью, пропуская пахнущий солью воздух через себя.

Заканчиваю комплекс упражнений выполнением Сурьи Намаскар и собираюсь вернуться в лагерь, бросив напоследок косой взгляд на Нестерова, чья зарядка оказалась значительно длиннее моей. Этот факт внезапно вызывает неудовольствие. Вроде бы не было между нами никакого соревнования, а то, что он посмел в чем-то меня превзойти, отчего-то раздражает и приятного состояния гармонии внутри как не бывало.

Хмуро желаю Лере и Нику, с удобством расположившимся под навесом с тарелками, приятного аппетита. Подхожу к плите, понимая, что понятия не имею, как ее вообще включать.

— Давай помогу, — вызывается сердобольная Дубинина, собираясь отставить тарелку с недоеденным омлетом, но Сахаров останавливает ее.

— Я сам помогу, родная, — улыбается он невесте. — Все равно я уже доел.

Ополаскиваю водой сковороду и наливаю в нее немного оливкового масла, достаю из сумки-холодильника пару куриных яиц.

Пользуясь тем, что Лера сидит спиной к плите, Ник встает позади меня, гораздо ближе, чем следовало бы. Его руки будто бы вынужденно оказываются по обеим сторонам, а дыхание щекочет кожу на затылке, когда он показывает мне как подключать газовый баллончик и зажигать на одной из конфорок сине-фиолетовый огонек.

— Прости, — почти неразличимо шепчет он, склоняясь к самому уху, а его грудь при этом касается моей спины.

— Спасибо, Ник, — нарочито громко отвечаю я, а холодный тон позволяет понять, что прощать я не собираюсь, ибо у меня вообще-то есть гордость, и я не на помойке себя нашла.

Он мог бы что-то сказать в свое оправдание, но в этот момент, судя по голосу к лагерю приближается Нестеров и Ник с печальным понимающим вздохом делает шаг назад, а потом возвращается Лере.

Разбиваю яйца в сковороду. Оборачиваюсь и вижу, что Марк говорит по телефону. Надо же, у него что, у единственного здесь есть связь?

— …в любом случае, я должен получить эту информацию первым, — резко говорит он невидимому собеседнику на том конце провода. — Что бы ни выявили аудиторы.

То ли из-за присутствия Нестерова и его приказного тона, то ли из-за непривычной обстановки, яйца я разбиваю неаккуратно. Чертыхнувшись по этому поводу, размешиваю их вилкой и добавляю соль. Тем временем, Марк продолжает разговор:

— Что бы ни выяснили, пусть дождутся моего возвращения. Никаких заявлений.