Снежить

– Я брала материалы на анализы, – Тара говорила тихо, голос ее был сиплый.

– А я оплачивал услуги самых хороших лабораторий.

– И что? – спросил Гальяно.

– И ничего. Никаких возбудителей, ни микробных, ни вирусных. Олени здоровы.

– Здоровы, но мрут, как мухи, – подключился к разговору Эрхан. – Причем и дикие тоже.

– А это не только экономическая проблема. – Степан потянулся за бутылкой виски. – Это в большей степени экологическая проблема. Ну и политическая. – Он принялся разливать напиток по бокалам. – Кое-кто на Большой земле считает, что олени мрут из-за меня.

– Из-за тебя? – удивился Гальяно.

– Как вы уже успели заметить, Хивус довольно закрытый город. Не такой закрытый, как какой-нибудь режимный объект, но случайные люди сюда не попадают. А те, кто попадает, предпочитают задержаться или остаться насовсем. У нас тут нормальные условия для жизни. Человеческие. Понимаете?

Они все понимали. Человеческие условия для человеческой жизни на Крайнем Севере – это что-то утопическое и, с позиции некоторых, неправильное. На краю земли люди должны выживать, а не жить полноценной жизнью. И рваться в город-солнце люди тоже не должны. Нечего привыкать к хорошему.

– Вот. – Степан улыбнулся. – Не всем такое положение вещей нравится.

– Думаешь, тебя решили скомпрометировать? Подорвать, так сказать, доверие к тебе у местного населения?

– Мы не исключали и такую возможность, поэтому сделали все возможные анализы на яды и токсины.

– Олени здоровы. Здоровы, но все равно дохнут.

– И не только олени, – медленно, словно с неохотой, заговорил Эрхан. – Остальное зверье в тундре тоже дохнет: песцы, волки, медведи даже. Птицы с неба падают.

– Птицы с неба – это к апокалипсису, – произнес Гальяно задумчиво. – Примета есть такая, я в кино видел.

– Я тебе сейчас расскажу, что к апокалипсису, – невесело усмехнулся Степан. – А потом даже покажу.

– Так что там с Алисией? – Часть апокалипсиса Вероника уже видела, поэтому ей хотелось чего-нибудь приземленного, чего-то, что можно расследовать.

– Ей пообещали материал, – сказал Степан. – Не лубочные картинки из жизни северных народов, а конкретную информацию о гибели животных. Подсунули конверт прямо в сумочку. В конверте – записка с инструкцией и ключи от снегохода. Она ж тоже девочка северная, снегоходом пользоваться умеет.

– И северная девочка Алисия вскочила в седло и помчалась заре навстречу? – Гальяно понимающе усмехнулся. Ник посмотрел на него с мрачным неудовольствием.

– Алисия помчалась навстречу к своему информатору в заброшенное стойбище оленеводов, – поправил его Степан. – Мор сделал свое дело, появились и у нас такие вот стойбища. – Он снова глянул на Тару и Эрхана, наверное, призывая их в свидетели. Те молча кивнули в ответ.