Снежить

Если осторожно, если ногтем подцепить, а потом потянуть… вот так аккуратненько, без рывков и нажима…

Едва различимая петля поддалась, ослабла. Этого хватит еще на день. А ногти придется обрезать, черные ногти нынче не в моде.

– Спасибо, – сказал Веселов и коснулся ее виска губами, так же осторожно, как она его шеи. Тонкое искусство касаний…

– На здоровье. – У нее даже получилось улыбнуться, но он не поверил, теперь он знал про нее чуть больше. И про нее, и про ее силы, которые не беспредельны.

Стол накрыли в том же зале с камином, в котором они ужинали со Степаном в первый день знакомства. Стол накрыли, а хозяина все не было. Впрочем, отсутствовал не только хозяин. Чернова, Волкова и Ника тоже не оказалось. За длинным столом сидели только они с Веселовым, Гальяно, Эрхан и короткостриженая женщина. Наверное, та самая, что потерялась в тундре во время пурги, местный ветеринар. Вид у нее был измученный. Нет, не просто измученный, а несчастный, словно бы она не потерялась, а потеряла, потеряла что-то очень важное и сейчас пытается смириться с потерей. Вероника прислушалась к незнакомке, попыталась увидеть ее потерю, но ничего не вышло. Этот морок, эта снежная завеса до сих пор глушила сигналы, притупляла чувства. Когда это началось? Вероника попыталась вспомнить. Наверное, и вспомнила бы, если бы в обеденный зал вслед за Степаном не вошли наконец остальные.

– Друзья, прошу прощения! Непредвиденные обстоятельства! – Степан дождался, когда гости рассядутся по местам, сам сел во главе стола. – Алисия пришла в себя.

Значит, вот как зовут ту девочку. Алисия. Красивое имя и очень ей идет, есть в нем что-то лисье…

– Она рассказала, кто ее похитил? – спросил Эрхан. За этим роскошным столом он чувствовал себя неловко, но к Степану обращался по-свойски.

– Рассказала. – Степан кивнул. – Вот только, боюсь, нам это не особо поможет.

– Почему? – Гальяно нацепил на вилку кусочек мяса, повертел и нетронутым положил на тарелку.

– Она не видела его лица.

– Так, а что она видела? Где он ее похитил? – Гальяно был сосредоточен и напорист, рвался в бой. – У нее хоть амнезии нет? А то мало ли что! Будет как в кино. У главной героини память отшибло, а остальным расхлебывай.

– У нее нет амнезии, – за Степана ответил Чернов. – Все, что помнила, она нам рассказала.

– Тогда не томите! – Гальяно откинулся на спинку стула.

– Она прилетела в Хивус, чтобы сделать репортаж о жизни оленеводов, – заговорил Степан. – Это официальная версия.

– А неофициальная… – Степан взъерошил волосы совершенно мальчишеским движением. – А неофициальная не такая идеальная. Среди оленей начался мор. – Он посмотрел на Тару, и та кивнула, подтверждая его слова. – За полгода поголовье сократилось вдвое, и причину выяснить мы никак не можем.