Камин для Снегурочки

Электрички отчего-то перестали ходить, в кассу стояла очередь, впрочем, небольшая, всего из пяти женщин раннего пенсионного возраста.

– И чего нам делать, – налетали они на кассиршу.

– Ясным языком написано, – каркала она из окошечка, – черным по белому красными чернилами: поездов до Москвы нет!

– Нам ехать надо!

– Ща скорый пойдет, еще быстрей до столицы домчит.

– С какой стати пассажирские ездят, а электрички нет? – не успокаивались тетки.

– Вам скандалить или ехать? – не растерялась кассирша. – Покупайте билет.

– Дорого небось!

– Тогда идите пешком!

Бабы завозились в карманах, завздыхали, заохали, пересчитали мятые ассигнации, сунули их в крохотное окошечко и получили взамен длинные розовые бумажки.

– Ой, – заорала одна из них, – тринадцатое место! Поменяйте билет.

– Да какая разница, – обозлилась кассирша.

– Несчастливое число, – скуксилась тетка, – неприятности приносит, еще, не дай бог, в аварию попадем, нет другого местечка, а?"

"– Вот уж глупости, – пролаяла кассирша, – на тринадцатой полке беда случится! Раскинь мозгами, чучундра, если скорый с рельсов сойдет, и двенадцатому, и четырнадцатому номеру капец придет. Или, полагаешь, тебя одну вышвырнет, а остальные счастливо домой прикатят? Давай бери билет, ща поезд примчится!

Я просунулась к кассе.

– Мне один, тоже до Москвы, на этот скорый, место любое, я совершенно не суеверна.

Кассирша, пожилая матрона весом больше центнера, с губами кроваво-красного цвета, схватила деньги и выпихнула из-под решетки билет со словами: «Это хорошо, что ни в какую глупость не веришь! Накось седьмое место, говорят, самое счастливое».

Домой я приехала вовремя и первым делом спросила у Риты:

– Вроде Ваня работал еще с первой Глафирой, Настей Звягинцевой?

– Ага, – зевнула певица, – а чего?

– Да так просто, – вывернулась я, – думала, ему немного лет.

– Так он и правда молодой, – засмеялась Рита. – Настя-то недолго пела, она быстро ушла. Свин в нее вложился, раскрутил, а девка бац – и свильнула. Семен не растерялся и другую Глафиру приволок. Вот она больше работала и пела бы дольше, если бы порошком не увлеклась. Но что одному горе, то другому счастье. Лично я собираюсь использовать представившийся шанс на все сто! Пить не начну, колоться и нюхать дурь тоже, хочу славы и денег! Много! Без края!

Я хмыкнула и отправилась собирать шмотки для выступления. Слава и деньги! Это, конечно, хорошо. Вопрос: чем придется заплатить за исполнение желаний? Ничто и никому в этой жизни просто так не досталось.

Первый концерт сегодня предстоял в клубе «Рокко». На служебном входе роилась толпа охранников. Крепкие парни ощупали нас и велели открыть портпледы.