Империя смотрящего

Может, у тебя есть какие-то предположения? Ты ничего не замечал в последнее время?

Лука включил электрический чайник, который тотчас энергично загудел.

— Нет, — покачал он головой и спросил: — Чай будешь?

— Хорошо, налей, — согласился Захар.

Лука достал две чашки и в каждую из них сыпанул по две ложки заварки, после чего залил крутым кипятком. Все правильно, чай — источник энергии, подпитывающий все органы чувств. Поколебавшись, в одну из чашек он положил кусок сахару — себе. Следовательно, перед Захаром у него должно быть преимущество: в ограниченном количестве сахар добавляет силы. Маркелов усмехнулся: вот еще одна причина, по которой Луке никогда не стать «альфой». Впрочем, жалеть не стоит, в этой жизни все закономерно и сбалансировано. Ведь не могут же все быть первыми! Всегда кто-то должен быть ведомым.

Захар отпил крохотный глоток.

— Знаешь, в последнее время у меня как-то притупились все чувства. Это, наверное, от слишком спокойной жизни.

— Ты уверен, что в прошлый раз никого не осталось?

— Никого, это точно! — убежденно ответил Лука.

— Среди них была женщина… кажется, она тебе нравилась. Один раз она видела меня и могла запомнить. Ее тоже нет в живых?

— Да, — уверенно кивнул Лука. На лице его не дрогнул ни один мускул. — Расскажи, что произошло.

Захар подробно, стараясь как можно точнее передать свои внутренние ощущения, рассказал о встрече с Леной. Ему нужен был дельный совет, и Маркелов был уверен, что Лука не откажет. Их было трое, собственно, ничего удивительного в этом нет. На Руси всегда уважали цифру «три» — это и языческий Треглав, и три богатыря, застывшие на перепутье. Так что цифра «три» была не просто числом, а символом. Нет, даже не символом, а верой. Лука был вторым. Но, лишенный лидерства, он сполна компенсировал его мудростью, а потому не зазорно было спросить у младшего брата совета.

— Все это не случайно, — наконец сказал он. — Так не бывает. Ты нужен этой женщине, но вот только непонятно зачем. Может, она тебя проверяет?

«Альфа», «бета» и «гамма» — неразделимая тройка. Нечто подобное есть и в христианстве: Отец, Сын и Святой Дух. Отними хотя бы одну из составляющих единосущной троицы — и гармония будет утрачена. Ведь невозможно представить огонь без света и тепла. Так и их совсем недавно невозможно было представить друг без друга. Но их осталось двое. «Гамма» отошел или почти отошел. Впрочем, он всегда был таковым. В последний год каждый из них шел по собственной дорожке. Они все более отдалялись друг от друга. Чем сильнее они расходились, тем слабее становились общинные связи. Круг, который их связывал сравнительно недавно, вдруг разомкнулся ломаной линией. Похоже, что община, стая, начинала распадаться.