Смех и грех Ивана‑царевича

Во вторник у Матвея Ильича был день рождения, и Родион подарил ему футбол — такой стол, на котором разбросаны жестяные фигурки игроков, управляемые при помощи штырей. Дед пришел в детский восторг. Родя оказался хорошим психологом, сумел угодить старику. И потом целых два дня подряд парень отрывался от своих ноутбуков, чтобы поиграть с дедушкой. Глазомер у Матвея Ильича никакой, он очень плохо видит, Родион же, несмотря на тесное общение с монитором, на зрение не жалуется, очков не носит. Но в футбольной битве постоянно выигрывал его слепой дед. Разгромив в очередной раз внука, Матвей Ильич бежал доложить Эмме Геннадиевне о своих успехах, и ему даже в голову не приходило, что Родя поддается, проигрывает ему специально.

К слову сказать, Ксения не особенно мучилась, выбирая подарок для дедушки, — преподнесла ему лосьон после бритья.

Анфиса старательно со мной кокетничает. Я не принадлежу к числу мужчин, которые уверены, что все дамы готовы отдаться им по первому зову, но Фиса буквально открыла охоту на нового дворецкого. У нее не имеется любовника, возраст уже не юный, а собственной семьи и детей нет. Вероятно, найти кавалера ей мешает голодный, ощупывающий каждого представителя противоположного пола взгляд.

В свой первый рабочий день я стал незримым свидетелем не предназначенной для чужих ушей беседы сестер и услышал, как Елизавета Матвеевна сердито сказала Анфисе:

— За старое взялась?

— Что я сделала плохого? — заныла та.

— Опять водишь экскурсии в наряде проститутки! — взорвалась Елизавета. — Декольте до пупа, юбчонка по самое не могу и ботфорты. Не смей нас позорить! Ты отвадишь народ: увидят бабы, какая красота группы сопровождает, — схватят своих мужиков и дадут деру. Пойми наконец, у тебя же на лице прямо написано: «Хочу в койку». А на таких не женятся! Оденься прилично, перестань ко всем клеиться.

Фиса зарыдала и, громко стуча каблуками, убежала.

Головомойка ненадолго образумила младшую сестру. На следующий день Анфиса нарядилась в платье без декольте, с длинным рукавом, но сильно обтягивающее. А уже во вторник облачилась в кофту с вырезом и рискованно короткую юбку. В среду на ней была полупрозрачная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, а юбка смахивала на носовой платок.

Фиса постоянно обращается ко мне с просьбами, берет меня под руку… Думаю, не стоит продолжать дальше.

Надежда Васильевна — типичная прислуга, проработавшая всю жизнь на одном месте. Она…

— Помогите! — истошно закричал женский голос. — Эй, кто‑нибудь, скорей!

Я перестал предаваться размышлениям, понял, что вопль несется с заднего двора, куда категорически запрещено заглядывать посторонним, распахнул створку окна, выпрыгнул вниз и увидел Ксению, одетую в джинсы и темно‑коричневый пуловер.