Словно в раю

Она понимала, что экономка хочет ей сказать – Маркус не при смерти, но её это мало успокоило, поскольку означало, что Маркус уже находился на волосок от гибели. И если так, нет причины надеяться, что он не окажется там снова.

Миссис Уэзерби приложила указательный палец к губам, давая знак Онории не шуметь, когда они войдут в комнату. Экономка тихо повернула дверную ручку, и дверь бесшумно отворилась.

– Он спит, – шепнула миссис Уэзерби.

Онория кивнула и сделала шаг вперёд, мигая в неярком свете. Внутри было очень тепло, воздух был густой и тяжёлый.

– Ему не жарко? – шёпотом спросила девушка у миссис Уэзерби. Она сама еле могла дышать в этой духоте, а Маркуса было едва видно под горой одеял и покрывал.

– Так приказал доктор, – ответила миссис Уэзерби. – Мы не должны позволить ему замёрзнуть.

Онория потянула за воротник своего дневного платья, жалея, что его нельзя расстегнуть. Силы небесные, если ей здесь делается плохо, Маркус должен быть просто в агонии. Она себе не могла даже представить, какую пользу может принести лежание под одеялом при такой жаре.

Даже если Маркус перегрелся, сейчас он спокойно спал. Дыхание его казалось обычным, по крайней мере, по мнению Онории. Она понятия не имела, к чему прислушиваться у постели больного. Вероятно, к чему-то необычному. Она подошла ближе и наклонилась. Он выглядел совершенно мокрым от пота. Ей было видно только половину его лица, но кожа блестела неестественным образом, и в воздухе стоял тяжёлый запах.

– Думаю, что ему не нужно столько одеял, – прошептала Онория.

Миссис Уэзерби лишь беспомощно пожала плечами:

– Доктор выразился весьма определённо.

Онория подошла ещё ближе, её колени коснулись края кровати:

– Ему, кажется, жарко.

Миссис Уэзерби с ней согласилась.

Онория вытянула дрожащую руку, чтобы проверить, сможет ли она откинуть все эти одеяла, хотя бы на несколько дюймов. Она взялась за край самого верхнего покрывала, легонько потянула и тут….

Онория взвизгнула и отскочила, схватив миссис Уэзерби за руку. Маркус рывком сел и стал блуждать взглядом по комнате.

Кажется, на нём нет одежды. По крайней мере, выше талии, поскольку дальше ей было не видно.

– Всё хорошо. Хорошо, – произнесла Онория, но голосу её не хватало уверенности. Ничего хорошего она не видела, а притворяться не умела.

Маркус тяжело дышал. Он выглядел возбуждённым, но даже не смотрел на неё. На самом деле, она не была уверена, что он вообще осознаёт её присутствие. Он мотал головой из стороны в сторону, словно что-то искал, его сотрясала дрожь.

-Нет, – произнёс Маркус, без особого убеждения. Словно он расстроен, но не сердится. – Нет.

– Он не в себе, – тихо сказала миссис Уэзерби.

Онория медленно кивнула, и чудовищная тяжесть задачи, которую она взвалила на себя, наконец, стала ей ясна.