Словно в раю

Она села напротив него, возле повреждённой ноги, и взялась одной рукой за голенище сзади и другой за подошву:

Она потянула одной рукой и толкнула другой, но Маркус так завопил, что она тут же выпустила его ногу.

– С тобой всё хорошо? – Она не узнавала собственного перепуганного голоса.

– Просто попробуй ещё раз, – угрюмо отрезал он.

– Хорошо. – Она снова взялась за сапог, стиснула зубы и стала тянуть. Сильно. Маркус больше не кричал, но он издавал совершенно жуткие звуки, как смертельно раненый зверь. Наконец, когда Онория была больше не в силах выносить это, она сдалась.

– Не думаю, что у нас получится. Я имею в виду, что ни за что не смогу его снять.

– Попробуй ещё, – сказал он. – Эти сапоги всегда трудно снимать.

– Настолько трудно? – спросила девушка с недоверием. А ещё женскую одежду называют непрактичной.

– Хорошо. – Она потянула снова, с тем же результатом. – Прости, но думаю, что тебе придётся его разрезать, когда ты окажешься дома.

Он скривился от боли.

– Это всего лишь обувь, – пробормотала сочувственно Онория.

– Не в ней дело. – Огрызнулся Маркус. – Чертовски больно.

– Ох, – она прочистила горло. – Извини.

Он глубоко и прерывисто выдохнул:

– Тебе придётся помочь мне встать на ноги.

Она кивнула и встала сама.

– Вот так, давай мне руку.

Онория взяла его за руку и потянула, но он никак не мог подняться. Через какое-то время он отпустил её.

Онория посмотрела на свою опустевшую руку. Ей стало холодно.

– Ты обхватишь меня, чтобы я мог опереться – сказал Маркус.

Это могло бы шокировать её раньше, но после попыток снять с него сапог Онория уже не могла сильнее нарушить приличий.

Она снова кивнула и, наклонившись, обняла его.

– Вот так, – проговорила она, слегка задохнувшись от напряжения, пока пыталась поднять Маркуса на ноги. Было странно держать его подобным образом, и очень неловко. Какая ирония. Если не считать случая, когда он попал ногой в кротовью нору и свалился на неё, то сейчас они были ближе всего друг к другу за всё время знакомства.

Разумеется, не вступи он в кротовью нору еще раз, они бы не оказались в такой ситуации.

С помощью некоторых манёвров и приглушённых проклятий со стороны Маркуса, они смогли поставить его на ноги. Онория отступила назад, чтобы установить между ними приличествующее расстояние, хотя и положила руку ему на плечо, чтобы помочь ему держать равновесие:

– Ты можешь ступать на эту ногу?

– Не знаю, – ответил он, делая попытку. Маркус сделал шаг, и его лицо исказилось от боли.

– Маркус, – нерешительно окликнула Онория.

– Со мной все будет в порядке.

Он сердито посмотрел на неё.

– Ты уверен? – переспросила она. – Поскольку я думаю…

– Я сказал, всё хоро… Ой. – Он споткнулся, вцепившись в её плечо, чтобы избежать падения.