Словно в раю

Онория метнула в Айрис красноречивый взгляд, в котором читалась просьба сохранять вежливость. Айрис лишь пожала плечами.

– Неправда! – запротестовала Онория.

– С гением не поспоришь, – любезно возразила Айрис.

– Как быстро развивается сюжет поэмы, – заметила Онория.

– Она начинает мне нравиться, – проговорила Сесилия.

– Мне кажется, Сара прекрасно справляется, – сказала Айрис, – учитывая ограничения, налагаемые рифмой.

Она вгляделась в Сару, которая внезапно замолкла. Айрис склонила голову набок, то же самое сделали Онория и Сара.

Сара замерла с открытым ртом, вытянув руку в эффектном жесте, но ей, кажется, не хватало слов для выражения мысли.

– Прекрасна? – предложила Сесилия. – Ужасна?

– Опасна? – оживилась Айрис.

– Я могу стать опасной с минуты на минуту, – кисло заключила Онория, – если посижу здесь с вами ещё немного.

Сара залилась смехом и повалилась на диван.

– Граф Чаттерис, – проговорила она со вздохом. – Никогда не прощу тебе того, что ты не представила нас в прошлом году.

– Я представила вас друг другу!

– Значит, следовало сделать это дважды, – шаловливо добавила Сара, – для того, чтобы сложилось наверняка. Думаю, он сказал мне не больше двух слов за весь сезон.

– Он едва ли сказал мне больше, – защищалась Онория.

Сара склонила голову, недоверчиво изогнув бровь.

– Он не особо разговорчив, – сказала Онория.

– Я думаю, он привлекательный мужчина, – размышляла вслух Сесилия.

– Правда? – спросила Сара. – Я считаю его скорее задумчивым.

– Задумчивость – весьма привлекательное качество, – твёрдо заявила Сесилия, прежде чем Онория смогла вставить слово.

– Я, кажется, оказалась в плохом романе, – объявила Айрис, ни к кому не обращаясь.

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – заявила Сара. – Когда же он приедет?

– Не знаю, – в восьмой раз, по меньшей мере, ответила Онория. – Он не говорил.

– Как невежливо, – произнесла Сесилия, протягивая руку за бисквитом.

– Таков уж он, – отозвалась Онория, пожимая плечами.

– Вот это интересно, – пробормотала Сесилия, – то, что ты знаешь, каков он.

– Они знакомы десятки лет, – сказала Сара. – Целую вечность.

Онория любила свою кузину, действительно, любила. Большую часть времени.

Сара хитро улыбнулась, её тёмные глаза шаловливо заблестели:

– Он прозвал её Букашкой.

– Сара! – Онория уставилась на кузину. Ей вовсе ни к чему делать достоянием общественности тот факт, что граф, пэр королевства, некогда уподобил её насекомому. – Это было так давно, – произнесла она со всем достоинством, которое смогла собрать. – Мне было всего семь.

– А сколько лет было тогда ему? – спросила Айрис.

Онория на миг задумалась:

– Кажется, тринадцать.

– Ну, это многое объясняет, – сказала Сесилия, взмахивая рукой. – Эти мальчишки – сущие демоны.