Сквозное. Навылет

 — Сядь, — отрывисто кивнул ей на тот диван, куда Тала, по рассказу, и собиралась.

А сам опять вышел, позволив одному из охранников сервированный мобильный столик только через порог перекатить.

На первом этаже этого бизнес-центра ресторан располагался. Хороший, кстати, все на высшем уровне. Шуст с Алхимиком его хозяину еще с первым детищем, сетью пиццерий по стране, раскрутиться помогали. А теперь вон до какого класса дорос мужик, его шеф-повар международные премии завоевывал. Да и козырное место тут не без благоволения Шуста получил… Здание бизнес-центра также им с Гришкой принадлежало. И корней не забывал, так что для Дениса всегда обслуживание было по высшему уровню.

Закрыл дверь за охранником, который не рискнул поднять голову, хоть и попытался промониторить обстановку. Типа Шуст сам тут не в состоянии с одним чудом блаженным разобраться.

Вон чуть не придушил пять минут назад. До сих про пальцы трясутся, кулаки в карманах, чтоб парни ничего не поняли. И сама Тала…

Обернулся, от двери наблюдая, как она на самый край дивана примостилась, будто воробушек пуганный. Точно, как на банкетке вчера в том ВИП-зале. Словно вечно не уверенная, что имеет право занимать место.

Это ж гребанный п**** какой-то! Как он так в нее встрял?! С первого взгляда, считай, как увидел вчера.

Никогда не сомневался, никогда не колебался… А тут четко осознал, что проще отстрелять всех, кто ее к нему подослать мог (если, конечно, подослали), а саму Талу только для себя и оставить. И в топку вероятную подставу.

Сутки… Прошли какие-то сутки, как эту девчонку увидел… И ничего же не знал о ней, ни малейшей идеи о подноготной! А все, ему ни жарко, ни холодно… И никакого контроля разума над происходящим! Наоборот, готов логику и доводы подстроить под то, что ревущая бездна внутри него требует. Всю призму собственного мира перевернуть ради обладания этой золотой девочкой.

И что такого в этом чуде залетном?

Красивая? Да, тут не поспорить. Красивая.

Так за свою жизнь Шуст столько красивых баб видел, может, и похлеще, звезды, блин, что звездную карту неба рисовать можно! Но ведь ни разу, ни на одну ничего внутри не поднималось темной и удушливой волной ила со дна души, ничего не дрожало и не екало ни разу.

И ни разу ни одну девку не хотел накормить, чтоб позвонки торчать перестали, или укутать потеплее, потому что сразу подумал о том, как ее по дороге домой протянет.

Нет, не гад совсем, старался по справедливости жить всегда, да, по такой, как сам это понимал, все по своему кодексу.