Ненавижу. Скучаю. Люблю

Я едва слышно выдыхаю, а затем скрещиваю руки на груди, создавая, между нами, некое расстояние. Хотя и без этого по телу бегают мурашки.

— Чего именно не понимаешь? — спрашиваю уверенным тоном.

— Если он такой классный, какого черта ты за мной хвостиком три года носилась? Переигрываешь, Снегирева. Я не буду тебя ревновать.

— Ты можешь врать мне, но себя обманывать глупо. — Выскальзываю из-под его давления. Дергаю ручку и жестом намекаю на выход. Меня потряхивает, хочется открыть все окна, хочется насытиться кислородом, но ничего не получается. Я сдерживаюсь.

— Надеюсь, Гриша не девственник, — выдает крайне абсурдную фразу Антон. И если это не потоки ревности, значит, я разучилась разбираться в людях.

— Самое главное, что он честен по отношению ко всем. А парни, которые из кровати в кровать прыгают, крутые для всех, но боятся собственных чувств — просто жалкая пародия мужчин. Лучше уж быть с девственником.

— Удачной ночи, — рычит Леваков. — С Гришей. — Отталкивает меня от дверей и выскакивает из комнаты. Я не успеваю даже догнать его, попрощаться, как хлопает входная дверь.

В груди переполняет непонятное чувство. С одной стороны, я должна ликовать. Каждая моя реплика цепляет Антона, напоминает об его унизительном поступке. С другой, мне совсем не нравится быть стервой. Мне хочется просто желать ему хорошего дня, улыбаться и спрашивать глупые вопросы. Хочется продолжать мечтать, что однажды он заметит меня, пригласит на свидание, возьмет за руку. Мы будем гулять по скверу, смеяться, а когда сядет солнце, мы спрячемся под высокой пышной елью и поцелуемся.

Этот парень стыдится своих чувств. Стыдится меня. Того, что я порождаю в нем. Но почему мне до чертиков охота дать себе и ему второй шанс…

Антон вылетел из подъезда, сел на байк, дал по газам и только спустя почти час остановился, чтобы отдышаться. Он не понимал, почему взбесился. Подумаешь, Снегирева пойдет на вечер с Гришей, парнем, о котором грезит ее мать. Подумаешь, они будут танцевать, а может и после у них что-то… Да только не хотелось и в мыслях близко представлять такое. Антон мечтал отрезать назойливый хвостик. А теперь что? Хвостика нет, надо радоваться, но не получается.

Злость кипела в венах, в глазах сверкали яркие искры. Леваков плюнул на все, позвонил Шестакову и пригласил прогуляться вместе, выпить. Витя, к счастью, тоже прибывал не в лучшем расположении духа. Сразу согласился, даже Джека прикупил. Прикатил подготовленный.

Они поднялись по каскадной лестнице, прошли мимо беседки, где красивые девчонки делали селфи. Громко смеялись, и поглядывали. Шестаков, как и сам Антон, всегда привлекал женские взгляды. Однако оба сегодня были не настроены на внимание.

— Может там, в той стороне? — предложил Витя.