Никому не скажем

Ты приедешь? Ничего у вас там не поменялось? — перевожу тему.

— Нет. Плановая проверка ведомственных учебных заведений обязана случиться. Не опозорь меня, — смеется отец.

— Нормально все будет. Я пацанов предупредил. Все сделаем красиво. Отстреляемся перед генералом по всем фронтам, как положено.

— Ты должен не «как положено», а чуть-чуть больше, чем «отлично». Как-никак мой сын. На тебя будут смотреть пристальнее, чем на остальных. Уж извини, издержки должности.

— Сделаю. Первый раз что ли?

Сворачиваю во двор уже пешком и вижу, как с другой стороны заезжает тачка. Слепит меня фарами. Сразу разглядеть ее не получается. Тормозит возле нашего подъезда.

Явились!

Сбрасываю отца. Медленно иду вдоль стены, в своем темном спортивном костюме сливаясь с тенями.

Двери открываются практически одновременно. Стася в своей курточке и в незнакомом мне платье. Улыбается, поправляя распущенные волосы. Ее слегка качает. Я ловлю первую вспышку злости.

«Ты ее напоил что ли?!» — взрывает меня.

Август ловит мою девочку. Она снова смеется и как котенок утыкается носом в его куртку. Парень заботливо убирает волосы с ее лица. Я медленно подхожу еще немного ближе, но мне кажется, если я сейчас открыто встану у подъезда, меня не увидят. Они слишком заняты, смотрят друг на друга, тихо переговариваясь. Зорин все время трогает ее. Ни хрена не как друг! Я больше, чем уверен, что у него стоит на моего мышонка.

Я же сказал ей! Сказал! Никаких отношений!

Маленькая зараза решила протестовать? Не поздно для подросткового бунта?

— Мне придется объясниться с твоим отцом, — долетают до меня слова Августа.

«Да нет, друг. Тебе не с отцом. Тебе со мной придется объясняться!»"

"— Папа строгий, но хороший, — отвечает ему Стася.

— Ты только сама с ним не спорь. Он в своих переживаниях прав. Уволок его девочку непонятный парень и отпускать не хочет.

— Не хочешь?

— Не хочу. Так хорошо с тобой. Но пить больше не дам, — он целует ее в лоб, а у меня в груди опять все взрывается.

С трудом заставляю себя стоять на месте. Хочу посмотреть, чем закончится у них этот вечер. Меня бесит то, как она на него смотрит. И бесит ее состояние. Она не пьет и пить не умеет. Что сейчас в ее голове? А если бы он ее не привез? В красках представляю себе такой вариант и руки сжимаются в кулаки. Зорин резко перестает быть для меня нормальным парнем. Сейчас я смотрю на него как на соперника на спарринге по рукопашке. На сильного соперника. С преимуществом. Потому что Стася сейчас в его руках и она сама это позволяет, а у меня вряд ли теперь есть такое право. Я все поломал между нами в тачке.

Они снова мило смеются. Мышонка покачивает, и Зорин прижимает ее к себе сильнее.

«Жесть!» — закрываю глаза. В висках стучит. На браслете сто двадцать пять. Пульс снова разгоняется.