Сидни Шелдон. После полуночи

Он был такой щедрый!

Голос судьи звучал отстраненно, словно издалека. Он обращался к старшине присяжных.

– Вы вынесли вердикт?

«Наверное, Рождество придется проводить с Мерривейлами».

Рождество – семейный праздник. Но обе сестры, похоже, отреклись от нее. Никто не позвонил, не навестил ее с того дня, как она была арестована. Грейс надеялась и почти ожидала увидеть их на галерее для публики, но Конни и Онор не показывались.

«Как только меня объявят невиновной, уверена, что они вернутся ко мне. И я их прощу. Я собираюсь все выяснить, и мне понадобится их поддержка. Я непременно узнаю, кто украл эти деньги. Кто подставил моего дорогого Ленни».

Старшина взглянул на Грейс и улыбнулся. Грейс улыбнулась в ответ. Похоже, славный человек.

– Виновна ли подсудимая в мошенничестве?

– Виновна.

Окружной прокурор возбужденно выбросил кулак вверх. Так это была не стратегия?! Большой Фрэнк попросту облажался! Значит, не так уж он непобедим!

Нарастающая паника не давала Грейс свободно вдохнуть. Она повернула голову к Фрэнку. Но тот не сводил глаз с судьи.

– А в отмывании денег?

– Виновна.

«Нет! Я тут ни при чем! Это ошибка! Я ведь во всем слушалась адвоката!»

– В подделке документов… хищении… недобросовестном управлении…

Слова ранили Грейс, как бритвенные лезвия.

– Виновна… виновна… виновна…

– Но это не так, ваша честь! Это ошибка! Я невиновна, и мой муж тоже. Нас подставили!

Вопли и свистки с галереи были такими оглушительными, что Грейс едва слышала собственный голос. У судьи ушла целая минута на то, чтобы восстановить порядок. Когда в зале вновь стало тихо, судья буквально набросился на Грейс:

– Грейс Брукштайн, вы вместе с мужем ограбили своих инвесторов на невообразимую сумму! Невозможно описать страдания, которые причинили людям ваши действия. Но до сих пор вы не выказывали ни малейших признаков раскаяния. Похоже, действительно вообразили, что из-за своего привилегированного положения в обществе не подпадаете под действие законов великой нации. Вы ошиблись.

С галереи донесся одобрительный рев. Зрители у здания суда, наблюдавшие за процессом на специально выставленных телевизионных экранах, ликовали.

– Один ваш отказ признать себя виновной, зная, насколько весомые доказательства приведены в этом зале, может считаться тяжким преступлением. Полнейшее неуважение к закону, а также страдания, которые вы причинили своим жертвам, обусловили мое решение при вынесении приговора. Не сомневаюсь, что все заявления о неведении о делах мужа – абсолютная ложь, ложь, которую вы бесстыдно повторяли и в этом зале, и властям, пытавшимся вернуть деньги вашим жертвам. И за все это я намерен лишить вас свободы на весь остаток жизни.

Судья продолжал говорить, но Грейс его уже не слышала.