Камаэль (СИ)

Следом трава на склоне начала редеть, пока вокруг нас не оказалась сплошная тёмная земля, всё выравнивающаяся, и впереди уже было видно, как начинает она подниматься.

- Это низина Ветра, - пояснил мне Аэлирн, чуть подавшись вперёд и задорно улыбнувшись. - Дальше - хуже.

Я лишь раздражённо повёл плечом и приподнял голову. От бешеной скачки всё тело уже ныло, особенно - задница. Конь хоть и нёс меня предельно мягко, но такой неумелый седок, как я, был обречён первое время подлетать в седле и отбивать собственный копчик. Стремена натирали ноги даже сквозь сапоги для верховой езды, зубы стучали друг о друга и наверное лишь чудом пока что не вылетали; голова то и дело отзывалась острой болью на малейшее движение, и я уже молился о том, чтобы случился привал, хоть и предполагалось, что до самого жуткого леса останавливаться не будем. Начало грохотать. И не вдалеке, предупреждающе, а почти над самыми нашими головами. Молнии слабо посверкивали во всё сгущающихся тучах, а затем начали падать тяжёлые, холодные капли. Они скатывались за шиворот, били в самое лицо, затекали в рот, размывали бесплодную землю, замедляли нас. И вскоре всё же пришлось сделать короткую остановку - чья-то лошадь, совсем выбившаяся из сил, споткнулась, рухнула на землю, и вслед за ней начал сбиваться строй. Двое животных погибло, а у эльфа, чья кобыла не справилась, и вовсе сломалась нога под её весом. Лекари расстарались на славу, однако время было безвозвратно потеряно - на лечение, на построение и возобновление пути, на то, чтобы решить, с кем поедут пострадавшие, потому как животины сломали себе ноги и их пришлось добить.

Дальше пришлось ехать едва ли не шагом. Земля вздымалась здесь особенно круто, покрытая мелкими камнями, которые вечно ускользали из-под копыт лошадей, но и эта преграда осталась позади, не став, меж тем, последней. Вскоре начали попадаться крупные камни, едва не валуны, из-за которых приходилось ехать по одному в ряд, а потому мне было особо тревожно в те моменты, когда Аэлирн скрывался из вида, и я был открыт всем ветрам, начинал ёрзать. И конь мой это чувствовал, часто начинал упрямиться. Дождь лил всё сильнее и сильнее, мне становилось всё более зябко с каждым мгновением. Смог я вздохнуть свободно лишь тогда, когда валуны остались позади, и Аэлирн вновь оказался по правую руку от меня, хоть его встревоженный вид прибавил пищи для размышления. Мне наконец открылся вид на зловещую долину Хэрэргат, хоть дождь сильно мешал взгляду. С виду это была самая обыкновенная долина, ничем не отличающаяся от той, что мы уже успели пересечь, но сам воздух уже здесь был тяжёлым, заставлял содрогаться от ужаса и думать о том, как бы поскорее повернуть назад.