Александра (СИ)

Господи, воплотилась мечта идиотки, я ехала по улицам Москвы. На своём коне, в шароварах, в сапогах, в кольчуге, в чобе, с диадемой на голове. Мы ехали медленно, почти шагом. Рядом со мной стремя в стремя ехал Ванечка. Суровый такой, в броне и в шеломе. А вокруг нас мои тонтон макуты, личная гвардия. Молодые все, фактически сопляки, но хорошо экипированные. Вооружённые до зубов. И наглые. Народа, не смотря на ранний час было много. Многие останавливались глядя, прежде всего, на меня. Но парни пресекали любые возгласы в отношении своей хозяйки. Они как стая волков. Кто-то попытался сказать про девку на коне, но не закончил. Божен огрел его плетью.

— Рот закрой, смерд, царевне такое говорить! — Слово сказано, дальше молва побежала впереди нас. Когда подъехали к дому, нас уже сопровождала приличная толпа зевак.

Вяземские имели здесь высокий, о двух поверхах терем. И он был больше того, что остался в пограничной крепости. Имелся большой сад. Разные надворные постройки. Всё было обнесено высокой стеной, частоколом — вкопанными вертикально брёвнами, заостренными в верхнем конце. Так все сейчас огораживали. Но я то знала, что позже, когда воздвигнут каменную стену вокруг Белого города, бояре и дворяне начнут застраиваться тоже каменными домами. И в 21 веке остались такие дома и здания, ещё допетровской эпохи. Оглядев подворье, я решила. Дерево, конечно, хорошо, но учитывая, что деревянная Москва часто горела и выгорала дотла, надо строить уже сейчас каменный терем. А так же каменный забор со сторожевыми башенками. Для лучшей обороны. Всё же в 16 веке Москва подвергалась набегам татар. Сам Кремль они не взяли, но хорошо пожгли деревянный город и пограбили его. А я не хотела, чтобы здесь всё сгорело. И строить нужно по всем канонам новейшей оборонной фортификации. Её ещё нет, пока нет, этой новейшей оборонной фортификации. Так называемый, «Итальянский след». Концепция строительства городских и крепостных укреплений, которые могли противостоять артиллерии, только-только рождалась. Итальянцы первыми применили её, с учётом франко-итальянских войн конца 15 века — начала 16. А вот этот деревянный частокол уже не пойдёт.

Вяземские зашли в Москву ещё вчера вечером. Успели до закрытия города.

Нас встретили Василий и Фёдор Мстиславович с дядькой Евсеем. Поздоровались с нами. Увидели телегу с ранеными.

— Иван, а кто это? — Спросил старший Вяземский.

— Раненые. Пострадали от татей лесных. Саша им оказала помощь и велела сюда везти.

— Что, дочка, лечить их будешь?

— Буду, Фёдор Мстиславович.

— Иван, а вы как, татей то застали?"

"— Застали, дядька. Они последних в купеческой обозе добивали.