Сердце Белого леса

Аликс с опаской склонилась над иссиня-чёрной водой:

– Слушайте, я вовсе не стремлюсь познакомиться с теми, кто ползает там, в глубине.

– Лучше тебе о них и не знать, красавица, – согласился Дагуа. – Кстати, лодок здесь нет.

– А что, если архивариус сам на стороне правительницы и выдаст нас? – забеспокоился Роуэн.

– Значит, не судьба. Пока не убедимся, что он рад нас видеть, предлагаю держаться настороже. Кто знает – может, солдат прогнал он.

Аликс покачала головой:

– Одинокий столетний старик? Да кто в это поверит! Скорее всего, он давно мёртв, и стеречь остров больше нет смысла.

– Пока я ничему не могу поверить. Надо всё выяснить.

Дагуа достал нож и принялся обрывать огромные, толщиной почти в руку, листья многолетника, росшего на берегу, и ловко их скреплять. Рена с изумлением наблюдала за ним, пока наконец не сообразила: Дагуа строил для каждого из них узкий плот, чтобы добраться до острова. На таких лодочках придётся лежать, зато с суши никто не увидит.

Рена испугалась, что Аликс с негодованием отвергнет этот способ передвижения, но та лишь что-то проворчала себе под нос и поморщилась, когда её ноги коснулись воды. «Похоже, Дагуа хорошо на неё влияет», – улыбнулась про себя Рена.

Через несколько вдохов они уже направлялись к острову. Судя по всему, их никто не заметил, и, оказавшись на мелководье, они остановились обдумать дальнейшие шаги. Роуэн призвал ветер, чтобы невысокие волны скрыли путников. На маленьком острове, который оказался едва ли больше Земляного дома для четверых жителей в Белом лесу, не было ничего, кроме полотняного навеса от солнца, прикреплённого к земле с пяти сторон, и нескольких тощих деревьев, сбросивших листья и облепленных жуками. Под навесом находилась циновка из водорослей, на которой они увидели человека. Он лежал рядом со столом, и тут же был неглубокий бассейн с зеленоватой от водорослей водой. В ней мерцали серебристые точки.

– Рыбки, – прошептал Роуэн, он видел лучше всех. – Тысячи рыбок.

Больше на острове ничего и никого не было. Никаких томов книг или стопок записей.

– Хм, похоже, это и есть архивариус, – Дагуа почесал в затылке. – Боюсь, точнее сказать не смогу, потому что вижу его впервые.

– Но… разве у него не должно быть рядом исписанных листочков? – с удивлением прошептала Рена. – Или у него идеальная память?"

"– Спорим, это он, – прошипела Аликс. – Или бывают люди больше похожие на жаб, чем он? – Рена внимательнее пригляделась к старику под навесом. Красавцем его назвать было трудно: голова широкая и плоская, большой рот и выпуклые круглые глаза. Желтоватую кожу, придающую ему болезненный вид, избороздили глубокие морщины. Тонкое кольцо волос украшало затылок голого черепа.