Семья для нефтяного магната

Я не выдерживаю и начинаю смеяться.

— Вы — очень красивая даже такой, с «ежиком», — говорю от души.

— Вот! — вскрикивает Марика. — Ты слышал? У неё точно есть вкус. И вообще, предлагаю забиться.

— Чего сделать? — оглядывается Семён.

— Ну поспорить, темень ты непроглядная, — терпеливо объясняет Марика. — Если будет парень, то ты бросаешь курить. А если будет девочка…

— А если будет девочка, — мстительно прищуривается Семён. — Ты целый месяц учишься готовить. Выбирай. Курсы, видосы или у Назимы…

— Лааадно… — поджимает губы Марика. — Ты меня научишь? — оборачивается ко мне.

— Конечно, — киваю с улыбкой.

— Ты только не плачь больше, — неожиданно жена Семена понижает голос и подсаживается поближе ко мне. — У меня больше двадцати прыжков с парашютом, мастер спорта по рукопашке, а по мужикам-мудакам я вообще чемпион. И давай со мной на «ты»? Окей? — сжимает мою руку, лежащую на сиденьи.

— Окей… спасибо, — я незаметно возвращаю ей рукопожатие.

Плакать больше не хочется, но пробитая в груди дыра никуда не делась. Она заставляет меня замерзать и плотнее кутаться в палантин.

Глава 24. Крестная

Назима

Взволнованная Анна Ивановна встречает нас прямо на первом этаже возле поста охраны.

— Мамуль, привет, — улыбается ей Семён. — Сразу говорю, у нас все хорошо.

— Да как же хорошо! — восклицает она. — Мне тетя Маша уборщица позвонила. Сказала, что в кабинете Тихомирова погром. Разбиты стулья, стекла в шкафах, алкоголь разлит. А Назима выбежала из приёмной, будто за ней волки гнались, и с тобой уехала.

— Вот тетя Маша, — цокает языком Семён. — Разведка такой кадр потеряла.

— Это мой личный состав! — властно взмахивает рукой Анна Ивановна, прерывая сына.

— Ну тогда принимай пополнение состава, — улыбается он ей и, приобняв за плечи, выталкивает перед собой Марику. — Мам, познакомься, эта девушка — моя жена."

"— Что? — глаза и рот у Анны Ивановны распахивается синхронно.

— Здравствуйте, — благонравно здоровается Марика и протягивает свекрови йогуртницу. — А это вам.

— Привет, — кивает Семён вышедшему из своей будки охраннику и понижает голос. — Мам, может мы уже в квартиру поднимемся. Или всем расскажем, что у нас в семье происходит?

— Да, конечно! — спохватывается женщина и, хмуро поглядывая на каждого из нашей троицы по очереди, спешит к лифтам.

Видимо, времени движения лифта ей хватает, чтобы справиться с эмоциями. Потому что когда мы входим в квартиру, она решительно и бескомпромиссно разгоняет нас по разным комнатам. Марику с Семёном на кухню, оставляя их новости на десерт, а меня заводит в гостиную и прикрывает дверь.

— Ну? — внимательно оглядывает мое лицо. — Я желаю услышать официальную версию произошедших событий и опухших глаз.

Помедлив с минуту, начинаю рассказывать.