Счастье и тайна

И опять я с удовольствием отметила, что благодаря властной, высокомерной манере его просьба была выполнена мгновенно.

Нас провели через крыльцо, в вымощенный камнем холл, в центре которого пылал очаг. Но этого было недостаточно, чтобы согреть помещение, и я почувствовала, как здесь холодно. Это скорее было не физическое ощущение холода, а душевное состояние, которое леденило мне душу.

Я дрожала. Саймон, должно быть, заметив это, взял меня под руку, и меня успокоил этот жест.

— Пожалуйста, посидите здесь, сэр, — сказал привратник. Он открыл дверь справа от нас, там виднелась комната с высоким потолком и побеленными стенами, где стоял тяжелый стол и несколько стульев. — Ваше имя, сэр?"

"— Это миссис Рокуэлл из Керкленд Ревелз, а я — мистер Редверз.

— Вы говорите, у вас была назначена встреча, сэр?

— Я этого не говорил.

— Обычно у нас договариваются заранее, сэр.

— У нас мало времени, и, как я уже сказал, у нас срочное дело. Будьте добры, идите и доложите о нас своему начальнику.

Привратник ушел, и, когда мы остались вдвоем, Саймон улыбнулся мне.

— Можно подумать, что мы пытаемся получить аудиенцию у королевы. — В лице у него появилась такая нежность, с которой он обычно относился разве что только к Хагар.

— Не унывайте, — мягко сказал он. — Даже если это правда, то это еще не конец света, так ведь?

— Как я рада, что вы поехали со мной. — Я не собиралась этого говорить, но слова вылетели сами собой.

Он взял меня за руку и крепко сжал ее. Этот жест означал, что мы с ним не какие-нибудь глупцы, склонные к истерике, и следовательно, сможем спокойно во всем разобраться.

Я отошла от него подальше, потому что боялась выдать свои чувства. Я подошла к окну и посмотрела на улицу, думая о тех людях, что содержатся здесь. Это был их маленький мирок. Они смотрели из окна на эти сады, за ними виднелись торфяники — если вообще им разрешали смотреть в окно — вот и все, что они знали о жизни за стенами этого дома. Некоторые из них проводили здесь долгие годы… семнадцать лет! А может быть, их вообще держат взаперти, и они не видят ни этих садов, ни вересковой пустоши?..

Кажется, мы ждали очень долго, прежде чем вернулся привратник. Он сказал:

— Проходите сюда, пожалуйста.

Мы последовали за ним вверх по лестнице и вдоль по коридору. Я успела заметить зарешеченные окна и поежилась. Совсем как в тюрьме, подумала я.

Потом привратник постучал в дверь с надписью «Заведующий». Голос произнес: «Войдите!» — и Саймон, взяв меня под руку, увлек меня в комнату. Здесь были голые стены, покрытые побелкой, и истертый линолеум. Это была холодная безрадостная комната.