Счастье и тайна

Прежде всего, я решила съездить в Уорстуисл и убедиться в правдивости слов доктора Смита.

В Ревелз мне некого было попросить о такой услуге — значит, надо было ехать к Хагар.

Приняв ванну и одевшись, я немедля отправилась в Келли Гранж.

Я приехала туда около половины одиннадцатого и сразу пошла к Хагар и выложила ей все, что сказал мне доктор.

Она серьезно выслушала меня и, когда я закончила, сказала:

— Саймон отвезет тебя в это заведение немедленно. Я думаю, начинать надо с этого.

Она позвонила в колокольчик, чтобы пришла Досон, и велела прислать к нам Саймона незамедлительно. Вспомнив о своих подозрениях относительно Саймона, я немного взволновалась, но я понимала, что мне надо попасть в Уорстуисл, даже если это было связано с риском. Как только он вошел в комнату, все мои подозрения улетучились, и мне стало стыдно, что я могла так подумать о нем. Одно его присутствие действовало на меня успокаивающе.

Хагар рассказала ему обо всем, что случилось. У него был удивленный вид, и, подумав, он сказал:

— Ну что ж, лучше сразу съездить в Уорстуисл.

— Я пошлю кого-нибудь в Ревелз, чтобы они передали, что ты завтракаешь со мной, — сказала Хагар. Я была ей признательна за то, что она подумала об этом — ведь если бы я не появилась там вовремя, это вызвало бы у них ненужное любопытство.

Спустя пятнадцать минут мы уже ехали по дороге в Уорстуисл. Саймон правил двуколкой, а я сидела рядом с ним. По дороге мы почти не разговаривали, и я была благодарна ему за то, что он проникся моим настроением. Я не могла думать ни о чем, кроме предстоящего разговора, который так много значил для меня. Мне снова и снова вспоминалось, как отец отлучался из дома. Печаль как бы следовала за ним по пятам. Все это наводило на мысль, что то, что рассказал мне доктор — правда.

Мы приехали в Уорстуисл около полудня. Это было серое каменное здание, которое, как мне показалось, очень походило на тюрьму. «Да это и есть тюрьма, — говорила я себе, — каменный мешок, в котором несчастные проводили остаток своей жизни в полуреальном мире. Неужели среди этих мучеников и моя мать? Неужели кто-то готовил заговор, чтобы запереть и меня в этих стенах? Я приложу все силы, чтобы сорвать их планы…»

Дом был окружен высокой стеной, и, когда мы подъехали к тяжелым чугунным воротам, из домика у ворот вышел привратник и спросил, что нас привело сюда. Саймон авторитетно заявил, что хотел бы встретиться с главой этого учреждения.

— У вас с ним назначена встреча, сэр?

— Это чрезвычайно важное дело, — ответил Саймон и бросил ему монету.

То ли деньги, то ли манеры Саймона подействовали — сказать трудно, но нам открыли ворота, и по дорожке, посыпанной гравием, мы подъехали к крыльцу.

— Передайте вашему начальнику, что мы хотим видеть его по очень срочному делу.