Сахар на обветренных губах (СИ)

Когда он перестал носить при мне футболки по вечерам?

— Ты на моем лбу уже мозоль натёрла, Мельникова, — он сложил руки на край стола и чуть подался вперед. — Рассказывай.

Я шумно вздохнула и закатила глаза. Хотела было тоже закрыть ноутбук, но вспомнила, что эту шайтан-машину потом снова придётся запускать и ждать загрузки. Поэтому тоже сложила руки на край стола, как прилежная ученица, и, стараясь не заикаться, спросила, заглянув мужчине в глаза:

— У вас точно не будет проблем из-за того, что я у вас живу?

— А какие у меня могут быть проблемы? — слегка нахмурился Одинцов. — Не знаю, как тебя, а лично мне всё нравится.

— Просто… А если вдруг поползут какие-нибудь слухи?

— А не насрать ли? — хмыкнул мужчина и, откинувшись на спинку стула, довольный собой отпил воды из стакана. — Если ты переживаешь за моё место в качестве препода, то я за него не держусь. Остальное… — протянул он, чуть разведя руками. — … никого не должно волновать с кем и чем я занимаюсь у себя дома в свободное от работы время.

— В принципе, аргумент, — согласилась я, поджав губы.

Это странно, но его слова действительно меня успокоили.

— Может, пожрём? — неожиданное предложение. В десятом-то часу вечера. Я даже удивленно вскинула брови, глянув на мужчину. — Ну, а что? Спать, смотрю, мы не скоро разойдёмся. Давай хоть пикник устроим на балконе. Давно туда не выбирались. Перекусим, да дальше за работу.

А мы ведь и правда давно на балкон не выходили. Обычно Константин Михайлович приходил на балкон тогда, когда на него выходила я, но последние недели полторы я настолько была загружена работой и желанием сдать все экзамены и зачеты как можно лучше и раньше, что на то, чтобы просто постоять на балконе не хватало ни сил, ни времени. После позднего душа я просто вырубалась, даже не посмотрев в сторону окна. А утром всё повторялось сначала.

— Ну… в принципе, можно. А что будем готовить?

— У нас, кажется, лаваш невостребованный уже пару дней лежит, — Константин Михайлович подошёл к холодильнику, взял с него тот самый лаваш в пакетике и открыл холодильник. — Колбаса, сыр, помидоры…

— Рулетики сделаем? — я встала рядом с ним, тоже прикидывая, что можно приготовить.

— Ага. И в микроволновку.

— А давайте лучше в яйце, типа, в кляре. Сытнее будет.

— Точно, — сразу согласился мужчина и всучил мне палку колбасы.

Мы занялись готовкой.

Я подсказывала, что и как нужно делать, а Константин Михайлович воровал у меня с разделочной доски кубики колбасы между делом. А мои угрозы, что я могу случайно отрезать ему пальцы, лишь раззадоривали его снова и снова стаскивать у меня кусочки колбасы. Он побрасывал их в воздух и ловил ртом, каждый раз весело ухмыляясь.

Позёр.

Разок я не выдержала и поймала летящий в его рот кубик колбасы.