Связано с любовью (СИ)

– Я научусь, - я поняла, что, если я хочу добиться своего, нужно воззвать к той самой горделивости, что была для этой сильной женщины и топливом для ее работоспособности, и основой всей жизни. По-другому она просто не умела, но, как и я, должна была уважать подобных женщин. – Ведь вы смогли, а значит и я, коли смогу стать как вы, научусь всему.

– Это да, - она глубоко вздохнула, поманила за собой к столу, куда только что молодая девушка принесла дымящийся чайник. – Идем, я угощу чаем дочку Барнабара Элистера – самого хитрого купца в Лефате.

Мы пили чай с какими-то ароматными, хорошо подобранными травами, она рассказывала мне о том, как отец познакомился с ней, и как в первый день она чуть не окунула его в чан с кипятком, потому что он оформил заказ таким образом, что ей пришлось снять с работы все заказы и взяться за его заказ.

Леова рассказала о том, сколько шерсти он привозил в сезон, и о том, что большую часть он хранил у нее до момента, когда сезон закончится, и цех будет прясть его необязательный заказ по более низкой цене. Он платил ей небольшой «откат» за хранение шерсти, а она представляла ее хозяину, как отложенную потому что машины пока заняты, в общем, и в этом мире были «леваки».

Чего она никогда не делала – не работала мимо кассы, и это заставляло ее уважать, потому что воровство у хозяина, когда провести обман легко, на самом деле, подлость. Доверие и профессионализм – это две вещи, которыми она гордилась.

Я ехала домой довольная своей поездкой. Кроме тонкости работы в прядильном цехе, она рассказывала мне о тех местах, где отец закупал шерсть, а какие обходил стороной, потому что халатная работа стригалей, да и безобразно грязная шерсть дадут плохой результат. Она знала о местах закупа потому, что давала отцу деньги на покупку шерсти от себя. Этого никто не знал, она добавляла ему оплату за прядение, за окраску, а потом, когда он продавал и ее долю, оставляла ему процент, таким образом, она, по сути, тоже была купцом.

Все, что мне оставалось до момента запуска, это покупка шерсти, и поиск мест, куда отец продавал готовые клубки. Наверно, это были самые сложные пункты в моем поиске, но настроения это не портило, потому что требовало лишь одного – моей активности. С этим у меня всегда было нормально, а если прибавить еще и молодое, сильное тело…

– Мисс, мисс, я уже начала переживать, - встретила меня Клара сразу от порога тревожным голосом.

– Все хорошо, Клара, как дома дела? Как мама? – я прошла сразу в комнату, чтобы снять с себя платки и платье, переодеться в легкое домашнее.

– Кроме того, что она костерит меня на чем свет стоит, все хорошо. Но я знаю, что делать с подобными – три капельки настойки, что прописал доктор, и вся ее активность испаряется.