Связано с любовью (СИ)

Кровать перекочевала ближе к левой стене, возле окна теперь жила моя рамка, а вот правую стену от окна до двери ванной будут украшать ячейки размером примерно пятьдесят на пятьдесят и глубиной сорок сантиметров. Сюда же должна уместиться пряжа, что должен отправить мне Джошуа.

Клара ходила за мной как нитка за иголкой, стараясь хоть чем-то помочь, но умудрялась ни разу не попасть под ноги. Эта женщина все больше и больше мне нравилась. Она хорошо вязала, и сейчас ее все это интересовало не меньше моего.

Когда клубки перенесли в комнату, уложив временно на тканевую подстилку, а сундуки остались открытыми в прихожей, выглядело все так, словно нас ограбили.

Я проверила наличие всех записок на клубках и успокоилась. Когда поняла, что страшно устала, и вспомнила, что хочу я или нет, но нужно зайти в комнату к Лауре настроение испортилось.

– Мама, как ты себя чувствуешь? - очень тихо обратилась я к женщине, что отложив вышивку, лежала сейчас на спине и смотрела в потолок.

– Я не так представляла нашу жизнь! – хриплым от кашля голосом заявила она даже не посмотрев в мою сторону. Я почувствовала, как внутри меня все закипает.

– А как ты себе ее представляла? – стараясь говорить спокойно, спросила я и присела на край кровати. Клара хорошо делала свою работу: шторы, что я сняла, она постирала и уже повесила на чистые окна, на полу не было и пылинки, вещи больше не валялись по всей комнате.

– Я воспитывала тебя в вере, и хотела, чтобы мы пришли к Богу нашему и его детям. Но после того случая, где ты чуть не умерла, тебя словно подменили. Ты больше не моя дочь!

– Твоя, только вот, жить больше по твоим правилам я не стану, - я говорила честно и открыто, хоть и побаивалась ее реакции и последствий, о которых просто не могла даже знать. Куда ее заведет это состояние, и что делать мне. Доктор сделал опеку надо мной, но работать я могла только от ее имени, и хорошо, что в этом мире нет еще виртуальных счетов, который мне пришлось бы оформлять на нее. Наличка всегда была идеальным вариантом для торговли.

– Мы все равно должны пойти в монастырь, Розалин, я обещала Богу и священнику, который был так добр ко мне все эти годы! – она закричала бы, но хрипы не позволяли, и она сейчас шипела на меня как гусь.

– К священнику, которому ты отдала все мое наследство, на которое отец планировал купить титул?

– Но тебе пришлось бы выйти замуж за какого-нибудь грязного барона!

– Не думаю, что в этом городе есть кто-то грязнее и ленивее тебя, матушка, - встав, заявила я. – Больше никакой церкви. Ты находишься на попечении доктора Барта, и из дома без его ведома ни ногой, иначе он заберет тебя в свою больницу.