Рус

К тому времени армия ромеев уже находилась в Анкере (будущей Анкаре) в феме Букелария, названной так императором Константином Пятым в честь буккелариев, которые были его телохранителями. Когда мы проходили мимо порта Гераклея, самого западного в феме, там как раз разгружались несколько галер с мукой и вином. Наверное, повезут потом по суше в армию. Завидев нашу флотилию, моряки и грузчики спрятались за крепостными стенами. Грабить галеры мы не стали, потому что к тому времени проблем с пропитанием не умели.

Котиора – зачуханный городишко на окраине империи. Каменные крепостные стены и башни казались настолько ветхими, словно построены еще древними греками и с тех пор ни разу не ремонтированы. Несмотря на то, что горожан предупредили о нашем прибытии и статусе союзников, они подняли мосты через ров, обсыпавшийся, глубиной не более полутора метров, и закрыли ворота. На сторожевом ходе никого не было, но в бойницах башен мелькали воины. Наверное, они должны были вовремя предупредить руководство о начале штурма, чтобы успело сдать город до того, как мы преодолеем стены и приступим к неконтролируемому грабежу, и договориться о более приемлемых условиях перераспределения ценностей. Не дождались, поскольку у нас не было времени на штурм, но окрестности подчистили, захватив много домашней птицы, скота, вина, зерна и вьючных и тягловых животных вместе с арбами, чтобы было на чем везти трофеи.

87

Во всех поступках, порой кажущихся неразумными и даже губительными, как отдельного человека, так и группы людей, всегда есть рациональное зерно, которое я называю природной мудростью. Надо суметь найти его, отказавшись от принятых в твоем обществе критериев добра и зла. Природа ими не оперирует, потому что знает, что одно и то же действие при смене ситуации превращается в свою противоположность. Я исхожу из того, что в основе всех поступков лежит в первую очередь самовыживание вида, во вторую – его подвидов и только в третью – отдельных особей. Павликиане ничем не отличаются от живущих по соседству восточных ромеев. Тот же язык, быт, традиции. Разница лишь в неприятии жадности халявщиков, сидящих на их шее. Стоит ли ради такой ерунды нарываться на очень большие неприятности? С точки зрения отдельной особи это сомнительный выбор. Отдай чуть больше – и не превратишься в изгоя, законную добычу для своих соплеменников. Зато на уровне подвида вырисовывается перспектива выжить при победе конкурента, в данном случае мусульман. В последние столетия, когда и зародилось течение павликиан, арабы теснили христиан, как восточных, так и западных. Враг твоего врага – твой друг. В итоге часть ромеев, ставших павликианами, превратилась в друзей более сильного, как они считали, соперника.