Ванька-ротный

– Как это нету? Чего ты несешь? Ты, что не получил на нас продукты? Или у тебя, их украли?

– Хуже, товарищ гвардии капитан! – переведя несколько дух, отвечает он, искоса на ребят посматривая.

– Они у немцев остались!

– Чиво, чиво? Что ты говоришь? У каких таких немцев? Федя! Ты посмотри на него.

– Может, ты с утра лишнего перехватил? Вроде с тобой никогда такого не было.

– Вот именно, спятил!

Я смотрю на старшину и своим глазам не верю.

– Скажи же, наконец, что с вами случилось?

– После вашего звонка, мы тут же взяли продукты и вышли. И старшина стал вытирать рукавом пот с лица. С носа и подбородка у него капало.

– Я взял мешок. Валееву на плечо термос надел. Вышли из землянки, а варежки на столе оставил. Вернулся, надел варежки и подумал – пути не будет!

Бежим по тропе, а немец мину за миной кидает. Одна рванула впереди, шагах в пяти, а другая метах в двух позади Валеева. Передняя разорвалась, мне чуть по роже осколком не задело. Прибавил шагу, оглянулся назад, вижу Валеев едва успевает.

Слышу гул. Две еще гудят на подлете. Вроде, как немцы за нами следят. Видят, что мы бежим и засекли. Ну, думаю! Нужно в сторону взять, пока не поздно!

Обернулся назад, рукой показываю Валееву – давай, мол, вперед! Сворачивай с тропы и бери направление по снегу!

Термос у него тяжелый. Если будет сзади бежать – может отстать! Я с мешком держу дистанцию за ним сзади.

Смотрю, тропа ушла резко вправо. А Валеев, не сворачивая, бежит по снегу прямо.

– Куда думаю, он прет? Нам нужно налево, а он топает прямо.

Он еще обернулся и на ходу говорит:

– Здесь старшина напрямик гораздо ближе! До окопов добежим, а там по ходу сообщения во вторую роту!

– Ладно, – отвечаю, – шуруй побыстрей!

Снег не глубокий. Но бежать все равно тяжеловато. Я вперед не смотрю, гляжу под ноги и слушаю, как у него термос булькает за спиной.

Вижу чьи-то следы на снегу. Значит Валеев бежит правильно. Пробежали еще. Разрывы мин стали не слышны. Вот думаю передохнуть надо малость. Курить охота – считай, все вывернуло из души. Пробежали еще, вижу справа за кустом узкий спуск в землянку. Смотрю, из-под снега торчит железная труба и дымит помалу.

– Завернем? – говорю, – перекурить малость надо! Здесь по траншее до наших наверно рукой подать?

Валеев ныряет в проход, я за ним по ступенькам спускаюсь. Он отдергивает занавеску, снимает лямки и ставит термос к стене. Сам садится на корточки в углу, а я опускаю мешок и верхом на теплый термос усаживаюсь.

В углу напротив – небольшой столик. На столе горит коптилка. В блиндаже полумрак. Печка шипит. Что-то маловато в землянке солдат? – думаю.