Ванька-ротный

Думаю, что повторяться не следует. Светлая память нашему химику он один мог украсить нашу жизнь в беспросветное время кровавой войны. Молодой парнишка, лейтенант мучился от них и страдал.

22.02.1980

* * *

??.??.2007

О чем автор умолчал…

Начало 20-го века в России, это время смуты. Первая мировая война, революция, гражданская война, репрессии, голод, разруха, нищета, безработица и т.д.

Вспомнает младший брат автора:

Рассказывая о брате Саше, я немогу не сказать о самых близких для меня людях, хотя бы даже и очень кратко.

Жили мы в Москве на улице Большая Переяславская в деревянном двухэтажном доме барачного типа. Наш папа, Шумилин Илья…, вернулся с первой мировой войны инвалидом, хлебнувшим немецких газов. Во время НЭПа был безработным. Он умер в 1933 году, когда мне исполнилось 2 года и 4 месяца, моей сестре Люсе было 6 лет, а брату Саше 12 лет. Наша мама, Шумилина Федосья Никитична, была полуграмотная. Работала санитаркой в больнице, потом медсестрой в поликлинике. После смерти отца, ей предложили двоих из нас отдать в детский дом, но мама сказала нет – ""Какой палец ни отреж, всё равно больно!"". Чтобы все мы были на глазах у мамы и не стали беспризорниками, она оставила работу в поликлинике и стала надомницей: вязала кофточки, свитера, шарфы, сети и вуали. Вскоре, то дезентирии чуть не умер и я. Мы жили очень бедно, точнее, в нищите. Вечерами, когда вся семья собиралась вместе, мама работала, а сестра и старший брат помогали ей. Мы, как могли, утешали её. Саша говорил – ""мама, когда я пойду работать, куплю тебе красивое польто"". Люся говорила – ""мама, а когда я вырасту и пойду работать, куплю тебе самую красивую шляпу"". А я говорил – ""мама, когда я вырасту большой, то куплю тебе целую буханку черного хлеба"". Детство наше было не сытым. Когда это было"