Белоснежный роман

– А почему?

– Ну, это моя точка зрения, у кого-то она может быть иной, – пожал он плечами и пояснил: – Принцип пилотирования самолетов и вертолетов разный, а у любого пилота многие навыки должны быть закреплены на уровне рефлекса, забиты глубоко в подсознании, потому как в экстремальной ситуации размышлять некогда и основные решения приходится принимать на уровне тех самых рефлексов. Нужно мгновенно оценить ситуацию и координировать свои действия. Для самолетов и вертолетов последовательность и алгоритм этих действий и пилотирования разнится, и есть шанс, что в стрессовой ситуации рефлексы перепутаются. Такая вот фигня. К тому же сейчас, если хочешь держать по-настоящему высокую планку, приходится постоянно учиться новому. В прошлом году я в академии проходил учебу и стажировку, осваивал новые модификации машин, новые схемы и способы пилотирования в разных режимах.

– Интересно? – засмотрелась на него Настя.

– Интересно. Мне все, что связанно с моей профессией, интересно, – просто признался он и пояснил: – Для меня это не то чтобы работа, вернее, не совсем работа, это, скорее, моя жизнь. Вот так.

– У меня тоже жизнь, – задумчиво посмотрела на него Настя.

– Ну что, – закрыл тему Вольский. – Десерт заказывать будем?

– Нет, – мысленно встряхнулась Настена и деятельно предложила: – Давай чай с десертом закажем в номер чуть попозже. Мне надо сделать важный звонок и кое-что посмотреть, а тебе, если можно, я поручу еще одно задание.

– Поручи, – разрешил он довольным тоном."

"– Надо взять у Тимирдяева или у Александры Николаевны список постояльцев, в котором отмечены их место проживания, род деятельности и кто с каких рейсов. Это может оказаться важным.

– Попробую. Но вообще-то это закрытая информация, ты же понимаешь.

– Ну придумай что-нибудь, скажи, что у тебя есть предположения и тебе их надо обдумать, – просительным тоном уговаривала Настасья. – Ты же известный здесь человек. Тебе не откажут.

– Степень моей известности сильно преувеличена, – отмахнулся Вольский. – Но я попробую уговорить Сашу.

– Ты давно ее знаешь? – с явным расчетом на что-то поинтересовалась Настена.

– Давно. Я хорошо знаю ее родителей. А здесь довольно часто останавливаюсь.

– Значит, тебе она точно не откажет! – порадовалась Настя.

– Ладно, сыщица. Идем, доведу тебя до номера, – поднимаясь из-за стола, понимающе усмехнулся Максим.

На выходе из ресторана они уже традиционно встретили бодрого блогера Гарика, именующего себя Тропа. Тот обрадовался Настасье, как родной:

– О! Привет! – ухватил он и потряс ее ладонь, красноречиво глянув на Вольского, стоявшего рядом. – Как вам сидится взаперти?

– Да ничего, – растерялась от такого неожиданного преувеличенного дружелюбия Настя.