Белоснежный роман

– Совсем охренеть можно! – пожаловался тот. – Мне – так особенно! Я ж новости должен постить с полей туризма, экшеном по нервам царапать, народ ждет, а тут такая муть!

– Доводите про муть, – не сильно дружелюбно посоветовал Вольский.

– Так уже! – хохотнул Гарик. – Руку с айфоном за окно высунул, и ни фига не видать, только снег несет, и все. Что тут выложишь?

– Да, – посочувствовал Вольский, – тяжела доля блогерская.

– Да ничо так, – возразил энергичный Гарик. – Икру на масло намазываем. На энтузиазме побазарить можем, идейки подкинуть, за жизнь потрещать.

– Ну, творческих успехов в таком разе, – пожелал Максим, подхватывая молчавшую Настю под локоток и обходя веселого блогера.

– А вы подпишитесь на мой блог, что так-то сидеть. Посмотрите, я там много чего выкладываю, – отрекламировал себя Гарик.

– Всенепременно, – с большим скепсисом пообещал Максим.

До нужного человека Настя дозвонилась сразу, и, конечно же, он ее отчитал и пожурил по-отечески, но с пониманием и грустью:

– Ты почему пропала, Настенька?

– Такая жизнь, дядь Гриш, – вздохнула она, в сотый раз приказав себе держать себя в руках и не расстраиваться до слез.

Она готовилась к этому звонку и строго наставляла себя, что все случилось уже давным-давно и прошло, и уже она со всем справилась и привыкла к своей новой жизни, и нечего поддаваться грусти и слезливости – ну, на самом же деле, давно все улеглось и наладилось и даже неплохо. И совершенно непонятно, чего она сразу же впадает в меланхолию, когда встречает или слышит людей из прошлой жизни.

Все есть, как есть. И всему есть свои причины.

И, накрутив себя таким вот образом, набралась решимости, как птица перед взлетом, и позвонила.

– Да знаю я твою жизнь, – проворчал Григорий Павлович. – Засела в Новосибирске зачем-то, нас только по праздникам да дням рождения вспоминаешь, забыла совсем.

– Я не забыла, дядь Гриш. Только…

– Да знаю я твое «только», Настя, – оборвал он ее и повздыхал: – Юрка, конечно, наделал дел по глупости, но что ж теперь от близких людей прятаться. Уехала черт-те куда, аж в Новосибирск зачем-то.

– Я не прячусь, дядь Гриш, я там работаю.

– И про работу твою знаю. Мы с Мариной следим за твоими достижениями, гордимся. Молодец. И отец тобой гордится, сама знаешь. Только работать можно было и в Москве. Ты мне про особые условия не рассказывай.

– Не буду про особые, дядь Гриш, – улыбнулась она тепло и поспешила переключить его на нужную тему. – Я тебе по делу звоню, дядь Гриш, мне помощь нужна в одном вопросе.

– Да я уж понял, что не поболтать позвонила, – поворчал напоследок он. – Давай. Излагай свой вопрос.

И она изложила.