Ревность волхвов

 — У нас очень мало времени.

— Слава богу, в нашем доме впервые со дня убийства никого нет.

— Можно кое-что поискать.

— Если б я знала, — развела руками девушка.

Я не стал возражать. Неэтично, конечно, рыться в вещах наших спутников, но… В случае убийства этика отходит на второй план. Душегубов не ловят в стерильно-белых перчатках. Это вам не анализ ДНК.

Мы подъехали к коттеджу номер два — где проживали Женя, Родион со Стеллой и девушки.

Я, кажется, уже упоминал, что наши дома почти никогда не запирались. На всех постояльцев коттеджа имелся всего один ключ. Обычно он лежал, на всякий случай, в сундуке с дровами для камина.

Вот и сейчас коттедж оказался открыт.

Леся остановилась в предбаннике. Стала поднимать горнолыжные ботинки, что стояли у стены рядами, и осматривать подошвы.

— Надо искать вещи с пятнами крови. Когда убили Вадима, крови было много, убийца должен был испачкаться…

Я начал с комнаты Жени. Там пахло валерьянкой.

Носильные вещи помещались в небольшом шкафчике, на вешалках, прибитых к стене, и в чемодане под кроватью.

Вскоре ко мне присоединилась сыщица.

— Саня мне сказал, — доложил я ей, — что, когда Петя выходил в день убийства из коттеджа Вадима, он был в красной ушанке, желтом пуховике и серых штанах.

Мужской желтый пуховик и серые горнолыжные штаны висели на вешалке.

Леся осмотрела их тщательнейшим образом, особенно штаны.

— Ни пятнышка… — пробормотала она. И попросила меня: — Просмотри, пожалуйста, их аптечку. «Фервексы» всякие откладывай, а незнакомые названия выписывай, ладно?

Я снова подметил, что моя напарница ведет себя со мной гораздо мягче, чем раньше.

Сама она залезла в чемодан и стала, в прямом и переносном смысле, рыться в чужом грязном белье.

— А Женька-то неряха… Лифчики аж черные!.. – пробормотала она как бы про себя, но я понял, что не так уж ей безразличен мой фортель с госпожой Гореловой.

Медикаментов у парочки нашлось множество. Я откладывал в одну сторону общеизвестные, вроде геделикса и арбидола, а незнакомые фиксировал в записнухе своего мобильника: арифон… цинкит… лепонекс… найз… феназепам… аевит…

Леся вдруг присвистнула.

— Что, кровь? — отвлекся я.

Она вытащила из потайного отделения чемодана и продемонстрировала мне коробочку зеленого бархата. Открыла ее. Внутри оказались изумительной красоты золотые серьги с громадными изумрудами. Из того же кармана девушка извлекла новогоднюю открытку. Раскрыла ее. В открытке было написано аккуратным почерком лишь два слова: «Моей любимой…»

— Забавно… — Задумчиво протянула Леся. — И странно…

— Что странного? Петя сделала подарок жене на Новый год.

— Думаешь? — с сомнением переспросила девушка. — Сфоткай, пожалуйста, и серьги, и открытку.

Я пару раз щелкнул фотоаппаратом своего телефончика.