Дымная река

Уверяю тебя, драгоценная моя Пагли: окажись ты здесь и взгляни на флаги факторий, что полощутся перед серыми стенами кантонской цитадели, ты бы тоже оторопела, решив, что перед тобой последний из оставшихся на свете огромных караван-сараев.

С другой стороны, все тут знакомо: куда ни глянешь, повсюду подавальщики, конторщики, повара, рассыльные, батраки, привратники, ростовщики, докеры и матросы. И что самое удивительное, дорогая Пагли, среди обитателей Города чужаков полно индусов! Из Синдха и Гоа, Бомбея и Малабара, Мадраса и холмистой Коринги, Калькутты и Силхета, но вся эта география ничего не значит для беспризорников, что кишат на майдане. У них свои прозвища для всякого рода чужеземных бесов: англичане — «айсэй», французы — «мерд», индусы — «ачха». Не важно, из Карачи ты или Читтагонга, тебя окружат и будут ныть, протягивая руку: «Ачха, ачха, дай денежку!»

Похоже, они считают, что все ачха — земляки. Забавно, не правда ли? Тут даже есть фактория, которую называют «Ачха-Хон». Правда, она без собственного флага.

В Кантоне день Нила начинался рано. Всем служащим приходилось подстраиваться под Бахрама, человека устоявшихся привычек. Для Нила это означало, что он должен встать еще затемно и подготовить контору в полном соответствии с пожеланиями хозяина, не терпевшего ни малейших погрешностей. Комнату надлежало подмести за полчаса до прихода Бахрама как минимум, дабы пыль успела осесть, конторку и стул секретаря установить в дальнем углу и нигде больше. Наведение порядка было непростой задачей, поскольку для ее выполнения требовалось растолкать других работников, отнюдь не расположенных получать приказы от столь молодого и неопытного помощника.

Нил еще не видел такого странного помещения, как будто перенесенного из холодных краев Северной Европы: высокий потолок в стропилах, напоминающий церковный свод, и камин, снабженный мраморной полкой.

Историю о том, как хозяин завладел этой конторой, рассказал Вико. На заре своих поездок в Кантон Бахрам, как и все другие парсы, обитал в голландской фактории. Когда-то давно его соотечественники оказали помощь нидерландским купцам, приехавшим в Гуджарат, и позже те отблагодарили парсов: дали приют их дельцам, начавшим торговлю с Китаем. Да еще дед Бахрама, некогда обитавший в Сурате, имел делового партнера из Амстердама, что также проложило дорогу парсам в голландскую факторию. Однако мрачная унылая обитель, в которой громкий смех и разговор вызывали неодобрительные взгляды, а то и грозили выволочкой, Бахрама ничуть не прельщала. Вдобавок ему, самому молодому в бомбейской компании, всегда отводили самую темную и сырую комнатку. Не радовало и соседство других парсов, среди которых было немало стариков, считавших своим долгом присмотреть за юношей.