Рейнтри. Инферно

Принять ванну вряд ли было хорошим решением, потому что тогда она закончит купание, сидя в грязной воде. Долгий, очень долгий горячий душ был единственным способом отмыться.

В душевой кабинке не было двери. Вход был вырезан в каменной стене и вел мимо встроенной полки со сложенными толстыми, медно-красными полотенцами к трем ступенькам, ведущим вниз в душевую кабину площадью примерно два квадратных метра с множеством душевых отверстий. Краны были встроены так, чтобы до них с легкостью можно было дотянуться, и когда она повернула ручку, струи воды забили из трех стен и с потолка. Она подождала, пока не почувствовала тепло от пара, поднимающегося к ее лицу, а затем ступила под воду.

Концентрация на мытье и ни на чем больше дала ее нервам столь необходимую передышку. Горячая вода, стекающая по телу, была успокаивающим, пульсирующим массажем. Она вымылась и сполоснулась, затем сделала это снова, снова и снова, пока волосы не стали чистыми и не распутались. Она намылилась, растерлась ароматным гелем для ванны и обнаружила, что это не удалило даже половину сажи и грязи. Результаты от другого очистителя оказались не намного лучше, поэтому она переключилась обратно к шампуню; он помог ее волосам, значит должен помочь и коже.

Наконец она поняла, что простояла под душем так долго, что кончики пальцев сморщились и горячая вода давно должна была закончиться, хотя это не произошло, но она почувствовала, что с нее достаточно. Она была пропитана водой. Лорна с сожалением повернула краны, и пульсирующие потоки исчезли так внезапно, будто были втянуты обратно в душевые отверстия. До ушей доносились только звуки работающего наверху вентиля и стекающей в канализацию воды.

Она не включала вентиль. Если он не включался автоматически, когда уровень влажности достигал определенного предела, значит Рейнтри возвращался в ванну и включил его.

Лорна поспешно преодолела три ступеньки, захватила одно из пушистых полотенец и обернула его вокруг себя, затем взяла еще одно и закрутила на голове тюрбан. Повернув, она двинулась дальше, пока не оказалась в основной части ванной. Зеркальная стена за сдвоенными раковинами отбрасывала ее отражение, и оно было единственным. Сейчас она была одна. Но сложенная на табурете плотная махровая одежда, доказывала, что он был здесь.

Лорна уставилась в зеркало. Она выглядела бледной даже для самой себя. Натянутая на скулах кожа придавала ей застывшее, потрясенное выражение.

Что ж, правильно. Она и чувствовала себя застывшей и потрясенной.

Он сказал ей не покидать ванную. Она была настолько душевно усталой, что даже не стала ничего проверять.