Развод по-драконьи

— Надеюсь, это была последняя стычка в этом году, а то я жениться надумал.

— На ком? — спросила без улыбки.

Новость искренне меня изумила. Я-то думала, их общение оборвалось после Ленхарда. Да и, честно говоря, почти женатые дракониры не должны смотреть такими глазами на Истинную своего императора.

— Ты же ее не любишь.

— Ну и что? — голос у него звучал обиженно и немного зло. — Она богатая, а я красивый, у нас будет сильное потомство.

При последних словах мы с Тео не сговариваясь поморщились, словно наелись кислых слив.

— Лети отсюда, друже, — буркнул Теофас. — Не то веем сделаю.

— И не женись, — добавила я тихо. — Дай ей шанс встретить своего Истинного, и себе тоже дай шанс.

Анхард резко развернулся и по-соколиному бросился к своему отряду: сложил крылья и головой вниз.

На вороте у Теофас загудело мелкое связное зеркальце, и тот активировал его щелчком пальца.

— Лаш зачищен, — педантично отчитался Рейнхард. — Хотя как зачищен, они тут все мертвые попадали, даже не знаю, сразу их жечь или собрать кучей, а потом запалить на главной площади для успокоения жителей. Как Эль… Ее Величество?

Голос у Теофаса ломался, словно ему было снова двенадцать, и я задрала голову, чтобы посмотреть, что это с ним. Но он, как нарочно, спрятал лицо в моих спутанных волосах. У меня руки дотягивались только до его плеч, и я, как сумела, погладила его по сжатым в камень мышцам.

— Как ты меня нашел? Светлая магия не может переборот темную… Через Клео? — попробовала я выманить его хитростью, но Тео не купился.

Только головой помотал.

— Шелен в день ареста поставил на тебя исковое клеймо. Испугался, что потеряем еще раз, пока я в обмороке лежу, — голос у него подрагивал, и я замолчала.

Мы медленно летели над притихшим развороченным Лашем, намертво сцепившись в крылатый ком и оттягивая возвращение. Начнутся крики, суета, а мне так хотелось побыть здесь и сейчас — в середине пустого солнечного неба, где не было ни политики, ни правил, ни обязанностей.

Зал горел и переливался золотыми огнями, придворные стояли вдоль колонн, и их взгляды, полные живого драконьего интереса и уважения следовали за мной шаг в шаг. После того, как я снискала славу Святой алой драконицы, мне выпала сомнительная честь быть идолом Вальтарты.

Как пошутила Клео, главное, чтобы не посмертно.

Тео тогда очень смеялся, но я-то видела, шутка ему совсем не понравилась. Поэтому шлейф, отороченный мехом белой лисы, который я считала давно утилизированным, несли не четыре маленьких пажа, а сам Теофас. Одной рукой обнял меня за талию, а через вторую за спиной перекинул шлейф. Это было чудовищное нарушение этикета, но ему было плевать. И мне тоже.

К этому моменту мы нарушили такое количество традиций, что было грешно теперь носить какой-то там шлейф по протоколу.