Развод по-драконьи

Мой милый был моим богом, спасителем, солнцем, и я с благодарностью принимала наш будущий брак. Но если отодвинуть благодарность, что останется между нами?

Спрыгнув в сад, привычным маршрутом побрела в заросли жасмина, но от душного аромата, разболелась голова. Даже здесь, в саду было негде спрятаться от черных мыслей.

— Вольмир, — позвала черную тень, застывшую у ворот на страже. — Выпусти меня погулять, миленький. Я до леса дойду и бегом обратно, сил моих нет больше взаперти сидеть.

Тень рвано обернулась, уставив на меня мертвые глаза, а после согнулась в полупоклоне. Мой будущий супруг управлял перевертышами, и не было на земле слуг преданнее и послушнее. Только Он и вейра Инес обращались с ними, как с мертвыми, а я, как с живыми. Во мне жила твердая уверенность в наличии в их теле души.

Вот, к примеру, стража у ворот звали Вольмир, и всего какой-то год назад, он был мужем одной ловкой драдеры, с которой прижил двух детей, а сам служил в столичном гарнизоне. И на земле его держала только жажда узнать, что стало с его женой и детьми после нападения на Лаш перевертышей.

Кажется, он даже не осознавал, что давно уже сам стал перевертышем.

Вольмир посторонился, и я счастливо выбежала в ночную темень. Здесь, на луговом просторе даже воздух был слаще, ветер свежее. Чем сильнее я отдалялась от замка, тем легче дышалось.

Вздрогнув от испуга, повернулась. Взглянула. Застыла.

Передо мной стоял совсем молодой драконир, золотые проявленные крылья мели по густой луговой траве, пока он шел ко мне, аура пылала подобно солнцу, освещая луг. Меч на поясе, наручи из чистого золота, прошитые магией, такое удивительное, подобное древнему богу лицо. Только за янтарным стеклом глаз билась страшная черная буря.

Губы у него странно подергивались, словно он собирался закричать или скастовать заклинание, или выпустить огонь. На самым странным было то, что я совсем его не боялась.

— Привет, — сказала неуверенно.

Говоря по правде, он был вторым живым дракониром в моей жизни. До этого дня я видела только одного драконира, способного перекидываться драконом, — своего милого.

— Живешь здесь, вейра? — голос у него звучал хрипло.

Махнула рукой в сторону далекого замка на холме и неловко засмеялась.

— А вы… откуда здесь? Здесь нет городов, а до ближайшей деревни четыре часа полета, в наших краях не то, что драконира, обычного вея не встретишь. Вот вы — первый драконир на моей памяти, кроме моего любимого.

— Меня ранили, я не могу лететь.

Если приглядеться, на его крыле и впрямь виднелась кровавая полоса, словно переломившая левое крыло пополам. Смотреть было больно. Такое совершенство и вдруг кровь.

— У меня в комнате есть немного драконьей воды, — шепнула и не удержавшись тронула золотое крыло.