Разоблаченный любовник (Др. изд.)

О боже, он должен каким-то образом попасть внутрь ее, проникнуть, поэтому он прижался к ее губам и начал движения языком. Марисса стонала, пока он ее дразнил, а затем они провалились в страстный поцелуй. Буч провел руками по ее волосам и обнял ладонями затылок. Раздвинул ноги, и между ними устроилась Марисса, усилив напряжение там, где он и так уже был тверд и горяч.

Вдруг в голове Буча возник вопрос, которого он не имел права задавать, но который сбил его с ритма. Он отодвинулся.

Он провел большим пальцем по губам Мариссы, гадая, был ли у нее мужчина. Завела ли она любовника с момента их первого поцелуя? А может быть, даже не одного?

– Ничего, – сказал он, хотя свирепое чувство собственника впилось в его грудь когтями.

Буч снова припал к ее губам и теперь целовал девушку так, словно обладал ею, хотя не имел на это никаких прав. Одна его рука спустилась по спине Мариссы, прижимая ее к своему возбужденному органу. Он испытал дикую потребность заявить на нее свои права, чтобы остальные мужчины знали: это его женщина. Безумие полное, конечно.

Вдруг Марисса отдернулась. Втянула воздух и – вроде как удивилась.

– Человеческие мужчины тоже вступают в связь?

– Э… в эмоциональную – да.

Она уткнулась лицом в шею Буча, вдохнула, а затем стала тереться носом о его кожу.

Он стиснул ее бедра, думая о том, насколько далеко может зайти дело. Он сомневался, что ему хватит сил на секс, хотя был полностью возбужден. И не хотел позволять себе думать об этом. Но черт побери – он так желал этого с ней!

– Я обожаю твой запах, Буч.

– Наверное, это мыло, которым я только что пользовался.

Когда она провела клыками по его шее, он застонал.

– Черт… не… останавливайся.

Вишу вошел в клинику и сразу направился в палату на карантине. Медсестры на пропускном пункте не усомнились в его праве войти внутрь, и, пока он шел по коридору, медперсонал по-быстрому расступался перед ним.

Правильно. Он был вооружен до зубов и чертовски опасен.

День прошел впустую. В Хрониках не обнаружилось ничего, что хотя бы отдаленно напоминало о случившемся с Бучем. В преданиях – то же самое. Хуже всего: Ви чувствовал, как судьбы людей перестраиваются в будущем, но не видел ничего из того, что подсказывали ему инстинкты. Будто бы он смотрел спектакль при опущенном занавесе. Время от времени он мог видеть движение бархата, задетого чьим-то телом, слышать неотчетливые голоса или улавливать свет, проникающий сквозь бахрому. Но не знал деталей: серые клетки отказывались работать.

Он миновал лабораторию Хаверса и зашел в служебное помещение. Как только перешагнул порог потайной двери – увидел, что в аппаратной никого нет, компьютеры и мониторы сами несли службу.

На ближайшем к нему светящемся экране он увидел Мариссу, лежащую на Буче.