Расстрельный список

Лекарств хватает. И докторов тоже.

– Твоими бы устами да мед пить…"

"Между тем едва не случившийся наш провал предоставил мне долгожданную возможность посильнее надавить на Батько. Переводил он на меня мои связи слишком уже медленно и берег многое на будущее. Мало ли как сложится. А теперь он передо мной в долгах, что в репьях. Грех не воспользоваться.

Так и припер я его однажды к стенке вечерочком, когда он, сытый и довольный, снова начал причитать о предателях и общем деле.

– Дело общее, а табачок врозь, Батько? – поглядел я на него пристально.

– Ты это о чем? – смешался он, так что квашеная капуста повисла на губе.

– О том, что с предателями ты меня знакомишь исправно. А где связи Коновода в верхах? У военных? А они ведь были, я знаю.

– Ну так… – замялся Батько, пряча глаза.

– Батько, время идет. А оно очень ценно. Так что кончай юлить.

– Покумекать надо. Не только от меня все зависит.

– А от кого еще?

– От тех… этих, – нехотя протянул он. – Будет у них охота встречаться?

– Как это не будет, Батько? У нас не только сладкий пряник в запасе. У нас и розги имеются. Шепнуть в ОГПУ – и песенка наших ненадежных союзников спета.

– Как-то не по-людски это! – встрепенулся Батько.

– А мы и не людскими делами занимаемся, а государственными. Будущего государства мечты – Украины. Которая вряд ли жалость и сантименты будет испытывать к ненадежным подданным…

Глава 15

Батько исчез на три дня. Вернулся в артель сияющий, как медная пряжка, и тут же сообщил:

– Поехали. Нас ждут.

– Кто? – полюбопытствовал я.

– Гарные хлопцы. Тебе понравятся, Указчик.

Пробирались мы в Буреварский район долго, на перекладных. Железная дорога обрывалась задолго до нашей цели, так что часть оставшегося пути мы преодолели на попутном грузовике Снабконторы, потом на подводе. Дальше пришлось идти пешком, через перелески, холмы и низины.

– Батько, а ты знаешь, что Сусанина не так давно казнили? – спросил Петлюровец после того, как, споткнувшись о корягу, поднялся и отряхнулся.

– Какого такого Сусанина? Сроду не слышал, – насторожился тот.

– Да был такой шустрый деятель. Все жизнь за царя отдать хотел.

– ГПУ хлопнуло?

– Нет. Поляки. Вот как с тобой было дело: водил он их по лесам и полям, пока они все не издохли.

– Шуточки шутим, да? – обиделся Батько. – А я ведь и заблудиться от расстройства могу.

– Сусанин тоже так говорил. Пока башку не срубили.

– Тьфу на тебя, язык как помело, – Батько поежился, растерянно оглядываясь.

Вышли мы наконец на ровное место – степь, рытвины везде, дырки в земле. Там нас и взяли.

– Стоять! – послышался звонкий приказ.

Красноармейцы были в количестве трех человек. Молодые и очень решительные, службу они по неопытности тянули бестолково, но добросовестно.