Расписной

– Ничо себе! Как же у тебя так вышло? – Он обработал рану йодом и прижал тампон из бинта. – Держи вот так. Сейчас стрептоцид истолку, присыплю, он хорошо кровь останавливает.

– Слышь, Потапыч, а из него черная кровь шла!

– Из кого?!

– Ну из черта.

– Кончай глупить, Петро. Это из тебя кровь шла. Только у тебя под шкурой столько туши накопилось, что она вначале и вылетела! Вот тебе и черная!

Потапыч истолок таблетку стрептоцида, присыпал разрез.

– Ты знаешь, она и так остановилась. На тебе все как на собаке заживает.

– Это на черте зажило…

Кольщик нахмурился:

– Ладно, Петро, дело мы сделали, прощевай. А то моя старуха на жаре парится.

Волк достал деньги, но Потапыч сурово покачал головой:

– И не думай. Одно дело – бутылку выпить, другое – купи-продай! Я этим никогда не занимался. Не то что нынешние…

Распрощались они без особого тепла.

* * *– Ты что, смеешься? – широко распахнутые глаза распахнулись еще больше, почти округлившись. – Это какая-то уродливая клякса! Где тут мое лицо, где моя фигура?! Как будто осел хвостом малевал…

– Странно, я вижу ее совсем по-другому…

Николай Павлович Чучканов уехал инспектировать войска, поэтому прямо от Потапыча Волк, купив ликер «Ама-ретто» и букет белых роз, отправился к Софье домой. Сейчас он крошил бутоны на гладкое Софьино тело, удовлетворенно раскинувшееся на измятом супружеском ложе генерала. Белые шелковистые лепестки сливались с белой шелковистой кожей, выделяясь только на морщинках распластанной груди и на розовых окружностях сосков.

– Значит, у тебя перед глазами стоит мой образ, – довольно засмеялась Софья. – Его-то ты и видишь… Как тебе китайская кухня?

– Сейчас я приготовлю одно из их блюд, – сказал Волк, облизывая пересохшие губы.

Взяв бутылку ликера, он принялся капать на лепестки. Коричневые капли то и дело попадали на кожу, постепенно усевая все тело Софьи. Устрашающе рыча, Волк принялся слизывать их, одну за другой, когда попадался розовый лепесток, он проглатывал его, как настоящий оголодавший волк. Софья дергалась и смеялась.

– Ой, щекотно, щекотно, перестань! Ну Володя…"

"Но, перекатываясь с боку на бок, она, случайно или нарочно, принимала соблазнительные позы, что только стимулировало Волка. В конце концов он вновь обрел силы и вступил в самый прекрасный бой из тех, которые ведутся на земле.

– Разве это китайское блюдо? – лукаво спросила Софья, придя в себя. – Принеси мне воды, умираю – хочу пить.

Волк сходил на кухню и налил боржоми в высокий хрустальный стакан. Со дна всплывали и лопались пузырьки. Он разобрал неуловимый аромат йода. Реальный запах вывел его из виртуального мира под названием Софья. Вмиг вернулась трезвость сознания, аналитичность мышления и критичность оценок.